Ведьмак: Перекрестки судеб

Объявление

Последние новости

Форум закрыт. Но можно доиграть незаконченные квесты и эпизоды, а так же разобрать памятные сувениры. Спасибо за то, что играли с нами

Администрация
Мэг

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Перекрестки судеб » Личные эпизоды » Разгулье под Марибором.


Разгулье под Марибором.

Сообщений 31 страница 60 из 60

31

Факел зашипел и погас. Робкие искры попытались зацепиться на проросших между плит травинках, но те были еще живыми и совсем не хотели служить дровами. Да и лужи темной, маслянистой крови вокруг не дали бы распространиться огню. Чертыхнувшись, наемница спрятала меч. Судя по звукам, ведьмаки уже продвинулись вглубь кладбища, а ей еще пришлось тратить время, чтобы вернуть в мир свет и тепло... Хотя может, и не стоило этого делать. Оглядевшись, женщина подавила приступ тошноты, снова достала меч и побежала на шум, посматривая под ноги. Отрубленные конечности, головы, располосованные скрюченные туши. И над всем этим - осенняя ночь, прохладная, но ласковая, как кутающая в теплые одежды ребенка матушка. Печальные деревья над могилами чуть в стороне от центрального входа с еле слышным шелестом сбрасывают остатки листвы, и та отвечает, шепотом прощаясь с летом. И траве все равно, где расти.
Кладбище было большим. Слишком большим для такой маленькой деревни, да и убранство - выложенные камнем дорожки, статуи и каменные надгробия (по крайней мере, в центре) наводили на мысли, что здесь хоронили не только местных, но, похоже, и из города везли.
И жальник получился роскошный. Трупоеды всех мастей, должно быть, считали это место чем-то вроде санатория...
Чья-то отрубленная рука скользнула по сапогу, слабо чиркнув когтями задубевшую кожу. Воительница подпрыгнула, махнула факелом, но, к счастью, больше никто подозрительной активности не проявлял.
Мощеная дорожка раздвоилась, рев гулей и прочие явно указывающие место битвы звуки - тоже. Но, пока она выбирала, сзади тихо хлюпнуло.
Ее спасла реакция - присев, девушка пропустила бросившегося гуля над собой (тот был изрядно ранен и двигался медленнее обычного), а потом насадила его на добрый клинок. Вот только... было не похоже, что сталь способна остановить умертвие. Дани медленно подняла глаза и встретилась с нечеловеческим взглядом ОЧЕНЬ ГОЛОДНОГО существа. И очень злого. Не раздумывая больше, ткнула в его морду факелом, а потом рубила отшатнувшегося монстра, пока не остались только неспособные двигаться куски.
Воздух показался разгоряченной наемнице холодным, а темнота за кругом факельного света - ужасно неуютной. Она снова побежала вперед и с лету чуть не врезалась в толпу стремящихся в ту же сторону гулей.
"Вот черт," - успела подумать, дрогнувшей рукой поводя вокруг себя факелом. За воображаемой линией зашипело, огонь отразился тремя парами красных отблесков....

+3

32

Казалось, он не понимал мир вокруг - мир вокруг спятил, сорвался стрелой в бешеный аллюр, понесся северным ветром над кладбищем, становясь материальным, блестел серебряным клинком. В какой-то момент он оглянулся - послышались стоны убитых, из мрака начали проявляться силуэты. На мгновение замерев, он зачарованно следил за жемчужно-белыми, полу-материальными, полу-прозрачными фигурами. Он не чувствовал ни ран, кровоточащих под кожаной одеждой, ни смрада, исходившего от раскиданных тел... Впрочем, еще не меньше, а, возможно, и большее количество монстров ждало там, за валунами земли, редкими каменными надгробиями.
"Относительно" в себя его привел резкий толчок в спину. Если бы не незадачливость альгуля, то его бы просто снова опрокинули и расплющили толпой. Ведьмак припал на одну ногу, резко крутанулся выставив перед собой меч горизонтально и ухватившись за рукоять обеими руками. С гулким чавканьем на землю полетели  вспоротые внутренние органы. Проверять соответствуют ли они биологическим человеческим у него не было желания, как и сил, впрочем. Свист клинка резал обострившийся слух. Кровь, слизь и желчь гулей и их вариаций лилась прямо на лицо, волосы, капала на одежду. Он чувствовал, что рубашка под курткой буквально пропиталась кровью.
"Черт возьми! Не ожидал такого эффекта от цветка двустрела..." - подумал Роберт, делая два глубоких вдоха. "Больше я его добавлять не буду..."
Молниеносно оказавшись на ногах, ведьмак осмотрелся - в поле его зрения попала следующая намеченная группка гулей, боковым зрением он уловил блеск клинка Шанка ... и блеск факела. Плюнув себе под ноги и чертыхнувшись, ведьмак рванул в сторону пытавшейся справиться с гулями Даниэль. Женщина держала в руках факел, наивно полагая, что огонь защитит ее целиком.
В три мягких кошачьих прыжка ведьмак оказался рядом, закружился в пируэте, сильно рубанул ближайшего гуля, тут же ушел в обратный вольт и распорол морду другому гулю от шеи до темечка. Третий гуль получил прямой удар в живот, повис на клинке словно соломенная кукла.
- Дур...очка! - рявкнул Роберт, вытаскивая меч из трупа и сверкая на Дани глазами. - Черт возьми, сказали же, держись подальше от... них! - ведьмак чертыхнулся и скривил губы. - Посиди за сараем, или... а, черт! Не делай так больше! Я мог и не успеть. - Уже спокойнее проговорил он, кивнул ничего не успевшей ответить Дани и обернулся, высоко замахнулся мечом, перерубая пополам очередного гуля. - В двадцати шагах от меня. Не отставать. - буркнул он, проделывая шипящую мельницу и кидаясь на группу гулей, притащившихся следом от прежнего места схватки.

Отредактировано Роберт (2012-03-20 21:34:09)

+4

33

Шанк остановился на пару секунд и огляделся: кладбище и не думало заканчиваться, Роберт и женщина, которой тот, что-то говорил были чуть позади его, с противоположного края. Вымощенная дорожка вела дальше и ведьмак медленно пошел. Без эликсиров было тяжело, рана начала сильно болеть, а вся куртка со спины была в крови. Вернуться в ритм было тоже не легко, но ведьмак сделал это страшным усилием, при виде новой "порции" гулей. Их было уже меньше, нежели в первые разы - всего-то около семи. Воспаленное сознание не могло сконцентрироваться на нужном Знаке и поэтому Шанк решил перейти в атаку.
Быстрым скачком он пробежал перед гулями и на третьем шаге взлетел в прыжке. Он налетел на гулей, словно смерч и приземлившись пригвоздил одного к земле. Остальные с ревом кинулись к нему, но слишком медленно. Ведьмак полуоборотом на согнутых ногах, рубанул по кругу, сильно. Удар не возымел такого действия, на которое рассчитывал он. Но один из гулей, заворчав скорчился на земле. Другие обступили монстробоя плотным кольцом и выставив когти вперед навалились. Еще не успев выйти из полуоборота ведьмак потерял равновесие и упал, стукнувшись плечом об выступающий край могилы. Пять когтей, как один ударили по нему. Шанк откатился в сторону, но боль в правом плече была жуткой и поэтому меч он поднять не мог. С трудом взяв его левой рукой, он неловком махнул им, отпугивая монстров. Те, опьяненные видом столь близкого мяса, не обратили внимание и лишь дружно зарычали. Быстрый колющий удар отправил одного из них на тот свет, но лапы еще четверых не замедлили ударить вновь. Ведьмак прыгнул, но врезался прямо в альгуля, плотоядно скалившего мерзкие, тупые клыки. И на этот раз от отскочил уже от него, вращая мечом в прыжке. Но задел ногой могилу и упал. И тут пропало спокойствие. В глазах загорелся блеск, не хуже чем у гулей. В мозг ворвался адский крик и захотелось устроить кровавую баню. Шанк зарычал, оглашая окрестности ужасным криком. Поднялся, оглядел глазами, мутноватыми от ярости, гулей. И пошел. Быстро, прямо.
Монстры не ожидали такого и начали пятиться.
Ведьмак шел.
Один из гулей сунулся вперед, но был просто-напросто разрублен на две части.
Ведьмак шел.
Еще двое и альгуль с ревом ударили с трех сторон. Вольтом уходя от когтей, ведьмак плавно занес меч над плечом и уже в полуобороте ударил им на всю зону поражения. Удар был такой силы, что ошметки гулей шлепнулись в луже крови в нескольких метрах. Альгуль с рассеченным животом тихо умер в сторонке.
Ведьмак шел.
Последний гуль, обезумев, сам кинулся на меч.
Ведьмак остановился. Отдышался. Он знал, что не дойдет до конца кладбища. Но пошел вновь, лишь крикнув Робрету:
- Все нормально! Двигаемся дальше! Осталось немного!
Он знал, что в конце кладбища обязательно будет кто-то посильнее, нежели гули и альгули. Но предпочитал об этом не думать.

Отредактировано Шанк Биро (2012-03-21 08:17:20)

+2

34

"Не было такого!" - Мрачно думала Дани, испытывая, тем не менее, толику благодарности к ведьмаку, буквально раскидавшему окруживших ее гулей, как ветер соломенные фигурки. А может и не толику. Просто злости - в основном на себя же - сейчас было больше. Не споря, она отстала на полтора десятка шагов, решила, что этого хватит, и кралась себе потихоньку, внимательно поглядывая по сторонам. Конечно, без факела эффект от скрытности был бы выше... А еще лучше было бы вообще не соваться на кладбище ночью.
"С ведьмаками больше не пью!" - Зареклась про себя наемница. - "А еще лучше, вообще завязать с алкоголем."
Где-то сбоку и чуть впереди хрипло, с надрывом дышал старший охотник, прежде чем затихнуть и засвистеть мечом. Куртка Роберта отсвечивала темным и влажным - то ли мокрая насквозь, то ли просто снаружи испачкавшаяся в крови.
"Великая матушка, только бы они не умерли!" - Вдруг всерьез обеспокоилась воительница, судорожно вспоминая, есть ли у нее с собой что-то для совсем уж экстренных случаев. И самогон  не в счет!

+3

35

Мешанина теней и света, ведьмак чертыхнулся, продираясь через траву, забившую несколько могил в, очевидно, теневой стороне кладбища. Галлюциноген прекратил свое действие, однако реакция будет обостренной еще какое-то время. Интересно, сколько у них еще времени? Он начинал чувствовать боль от ранений, которые успел получить. Кажется, ему не слабо так погрызли конечности. левая рука ныла повыше локтя, правую успел сильно оцарапать от кисло до локтя, на куртке красовался порез, из которого торчала бело-красная материя рубашки, пропитанной кровью.
Закрыв глаза, ведьмак несколько раз медленно вздохнул и выдохнул. Полегчало.
Кажется, гули решили скопом навалиться на Шанка, потому что на своем пути Роберт теперь встречал только одиночек, которые легко отлетали от серебряного клинка, шипя и падая, воя, разрываемые на части. Он не оборачивался, знал, что Даниэль идет следом. Он ее слышал.
Впереди послышался вой разрываемых на части гулей, чавкание, звуки падения. Роберт покачнулся, когда на него неожиданно налетел незамеченный им гуль, целясь в окровавленную руку. Почти машинально, он увернулся, и с разворота рубанул монстра, использовав инерцию от движения и вкладывая дополнительную силу в удар. Гуль упал, мертвым.
... "Верно говорят, мы как машины... действуем рефлекторно, без эмоций, без сомнения. Есть только меч и враг, а все остальное - только иллюзия. Существования..."
Из-за надгробия выскочило еще что-то, чего ведьмак не сумел классифицировать. Зато он умел убивать. Так к чему риторика? Отскок, замах, удар. Нечто повалилось на траву, заливая ее под собой странной голубовато-зеленой субстанцией, очевидно - кровью.
"Монстры тоже мутируют, - подумал он, глядя на выпученные глаза ярко-синего цвета, раскосо посаженные на небольшой голове. "Не устарели ли наши методы? Сколь долго ведьмаки будут еще в состоянии справляться с мутирующими созданиями? Порождения хаоса, тьмы, пустоты - они не иссякнут. А мы?..."
Кровавый отблеск, отскок, гуль хотел напасть сбоку, предательски, но Дани не растерялась и дала тому по голове факелом, а ведьмак рубанул, сметая голову с плеч, испытывая боль в руке. Левая готова была повиснуть плетью, но он шел, смахнув кровь гулей с бровей пальцами в печатках. Серебряные шипы блеснули в свете факела.
- Все нормально! Двигаемся дальше! Осталось немного! - крикнул Шанк, привлекая их внимание. Роберт скользнул взглядом по его силуэту, отмечая, что тот еле держится на ногах.
"Если припрет... Отдам..."
Он и сам понимал, что они зря поперлись на кладбище без эликсиров, очень зря. Все слишком затягивалось, а виной тому была опрометчивость двух ведьмаков, решивших, что они круты и справятся самостоятельно, натренированными человеческими силами. Глупцы!
"Мой учитель предупреждал меня, но..." - криво усмехнувшись, Роберт повернулся к Дани.
- Вот, держи, - он извлек из кармана маленький круглый пузырек, бережно обернутый в черную тряпицу. - Мы почти у центра, скоро будет пекло. Если меня... сильно ранят, - он отвел взгляд от лица воительницы, и я не смогу ничем помочь - влей это ему в глотку.
Даниэль хотела что-то сказать, но Роберт знаком отмел все разговоры.
- Если. А если мы справимся, то и разговаривать не о чем. Поняла? - он подмигнул, перетягивая рану на руке обрывком все того же рукава, размял левую руку, а затем быстро догнал Шанка. Несколько секунд смотря ему в глаза, он усмехнулся.
- Семи смертям бывать, одной не миновать...
Не успел он закончить фразу, как раздались чудовищно громкие шаги, оба переглянулись, и остановились. На них из тьмы надвигался цементавр, а вокруг него, скуля и явно усмехаясь, болталось не меньше двух десятков гулей...

+3

36

Шанк стоял. А в голове неслись картины далекого прошлого. Боль прошла, оставив пустоту. Он не чувствовал себя. Хотелось крикнуть. Горло было сжато спазмами. Хотелось упасть. Деревянные ноги не сгибались.
Кровь и трупы. Вонь. Боль.
Подбежал Роберт, хотя ведьмак не сразу узнал его - глаза заволокла пелена. Лишь прохрипел в ответ. Кровь, ручьями текшая по всему Шанку, капала на землю. Быстро. Слишком.
Ведьмак увидел. Увидел нечто, напоминающее Смерть. Ее истинное обличье. Криво усмехнулся и тяжелым шагом пошел вперед. Роберт шел за ним.
В голове не было ни страха, ни ужаса... Не было ничего. Лишь боль и крик.
Сердце почти не билось.
Ведьмак шел.
Гули, неловкими движениями приближались к ведьмакам. А в их окружении был цементавр.
Ведьмак шел.
Гули ударили разом, все вместе. Шанк смешным движением попытался уйти от атаки. Почти ушел. Пара когтей пропорола все ту же правую руку. Но меч был в левой.
Странный замах, удар. Гуль, с раненым плечом глухо заворчал и двинулся вперед.
Еще удар. Гуль, наконец, упал, с рассеченной грудью.
Ведьмак шел.
Трое гулей быстрым скачком попытались сбить его с ног, но рефлекторная реакция помогла. Они промахнулись. Шанк бил быстро, насколько это было возможно, разрубая спинные мозги монстрам.
Четыре!
Мощный удар альгуля сбил ведьмака с ног. Когти вонзились в бедро.
"Крик. Глаза. Цвет сапфира. Эльфка. Оборотень. -И все равно... Спасибо, d'hoine... Тишина".
Вся ярость, что копилась в ведьмаке вдруг вырвалась наружу. Он зарычал, именно зарычал. Меч лежал в стороне. Но зачем? Шанк кинулся на альгуля и задушил его голыми руками. На перекошенном лице была лишь гримаса ненависти.
Меч он все же подобрал, перекинул его в правую руку - боли он не чувствовал и бросился вперед.
Гули, словно пушинки, кровавыми кусками летели в стороны и через их рев слышался дикий, полный боли и отчаянья, крик. Кричал ведьмак, кидаясь на монстров, душа их и протыкая мечом. Залитый кровью с ног до головы он, как обезумевший, чуть ли не разрывал гулей на куски.
На Роберта накинулся целый десяток монстров и ему было нелегко.
Шанк без устали рвал монстров или рубил мечом. Все потеряло смысл. Была лишь кровь и... глаза цвета сапфира.

Отредактировано Шанк Биро (2012-03-25 17:03:22)

0

37

Словно пробужденное ото сна, небо над их головами разделилось на два осколка яркой полоской молнии. Отдаленный раскат прошелся эхом по верхушкам деревьев, взвыл ветер.
Роберт чертыхнулся. Когда он сворачивал в деревню, ничто не предвещало ночной грозы, а теперь - вот, на тебе! Впрочем, капризы природы непредсказуемы, и поделать с ними ничего нельзя.
Резкий ветер гнал пыль, гули занервничали, задергались, отворачиваясь от ведьмака. Роберт прикрыл глаза рукавом, ибо секундой назад в них попала принесенная ветром пыль, и рубанул, не глядя. Крутанулся волчком на 360 градусов, подобрав под себя правую ногу, рубя все живое на расстоянии клинка. Судорожно глотнув воздуха, перемешенного с пылью, упал, получив сильный толчок в грудь. Альгуль. Здоровый, зараза...
Когти вонзились в ногу, ведьмак взвыл, спазматически выгнулся дугой, и рухнул на плиту какого-то надгробия, сильно ударившись позвоночником о каменный край и повалившись, успел треснуться лицом о плиту. Роберт скатился в траву, корчась от боли. На секунду из глаз "посыпались искры" вперемешку со слезами боли, небо расцвело ярко-зеленым, как весенняя листва, он даже не почувствовал, что к его руке тянутся голодные до свежего мяса рты тварей. По лицу заморосил мелкий дождик, и Роберт стал сильно опасаться за факел, который был, по сути дела, их единственным средством спасения от цементавра...
И наверное в этот момент его разорвали бы на множество пригодных к поеданию кусочков, если бы не цементавр. Он был в каких-то десяти шагах, и "твари низшие", то есть гули, на секунду отвлеклись, расступились... Оставив ведьмака одного. Они, верно, думали - при условии наличия мозга у гулей! - что кусок мяса уже не способен сопротивляться...
Роберт собрал остатки сил и сделал обратный кувырок, оказался на корточках, в правой руке блестел меч. Он ничего не слышал - сила удара о надгробие его оглушила. Цементавр, глядя прямо на него громазными налитыми кровью глазищами, зарычал - впрочем, ведьмак это понял только по мимике. В ушах звенело. Окликни его сейчас кто-нибудь, он не услышал бы.
Не теряя времени, он неловко встал, отмечая сильную боль в пояснице, и, прихрамывая, отбежал подальше. В центре кладбища могилы были по большей части не просто горками земли, холмиками - в память об ушедших, а каменными надгробиями. Вероятно, здесь хоронили выделяющихся статусом кметов.
Роберт покачнулся, потряс головой, и, все еще прихрамывая и проклиная боль в пояснице, побежал в сторону Шанка.
"Черт побери. Надо отвлечь цементавра, и убить этих мерзких гулей... Пока один - убивает.. второй... приманка... Черт!
Воздух со свистом вырывался изо рта, дыхание сбилось, как не пытался он вернуться к заданному ритму.
Обернувшись, Роберт успел заметить, что гули гонятся за ним, резко остановившись и сделав полуоборот, ведьмак прыгнул назад, завертев мечом, сильно рубанул двоих, рассекая грудные клетки, но получив когтистой лапой по горлу. Кровь заструилась под рубашку.
"Проклятье!"
Он развернулся и начал отступать.

Комментарии

Пост писался под музычку, соответствующую происходящему х)
Трешняк-с
Шанк - предлагается разделиться. Кто-то один выносит гулей, второй пока что является приманкой для цементавра.
Дани - а у тебя спец миссия - описание того, как ты в условиях моросящего дождя спасала наш факел от потухания...

Отредактировано Роберт (2012-03-24 21:16:46)

+3

38

Пожелание Роберта, как и спрятанный за пояс пузырек с чем-то явно покруче обычных лекарственных эликсиров, воительницу ничуть не успокоили. Скорее уж наоборот.
Вспышка молнии на мгновение очертила кладбище четкостью негатива. Цвета всех оттенков серебряного были прекрасны, несмотря на оскаленные, замершие в лютом крике пасти, занесенные когти. Темные, разлетающиеся капли делали картину похожей на холст экспрессивного художника, слишком увлекшегося реализмом. И можно было бы полюбоваться, отметить недочеты или достоинства, но... останавливать время наемница еще не научилась. С неба звучно грохотнуло, будто боги, насмотревшись, захлопнули небесное окно. Налетевший ветер принес пыль и выдул последние крохи созерцательности из блондинистой головы.
А из темноты яростно зарычало что-то. Огонь факела снова высветил отражениями маневр ведьмака и у Дани, чуть отставшей как раз, перехватило дыхание. В тусклом свете очертания монстра казались громадной горой мускулов, снабженных когтями, зубами и неукротимой ненавистью ко всему живому. Хотя, скорее и проще — голодом. Женщина поежилась, отпихнула попавшую под ноги голову. Сверху упали первые капли, потом заморосили, зашелестели тонкими нитями невидимого полотна. Наемница выругалась звучно, от души. Если погаснет факел, она, как минимум, не сможет найти недогрызенные тушки охотников на нежить. Если выживет сама. А если спалить кладбище? Тогда добьют селяне... Но отдаленная смерть лучше смерти немедленной. К тому же, есть на кого свалить.
В очередной раз прокляв все на свете, девушка попыталась сосредоточиться и оглядеться. Если не найти укрытия, факелу оставалось жить несколько минут — дождь, будто назло, усиливался. На глаза попалась покосившаяся плита надгробия. Не так давно о нее хорошенько приложился кто-то из ведьмаков. Или гулей. Или... да вообще не важно, главное, что, под ней как раз было место для факела. Даниэль опустила огонь, скрывая его от назойливых капель и встала рядом. В получившемся «шалашике» из плиты и человеческого тела было сухо и тепло. Вот только если сражение отдалится, придется искать другое укрытие.

+3

39

Шанк порядком утомившись, сбавил темп, хотя сбавлять было уже некуда – ведьмак дрался как улитка, если они, конечно, умеют драться. Тяжело дыша, он облокотился на меч, переводя дух. Окружавшие его гули не решались подходить к безумцу, который в своем помешательстве походил на них. Парочка гулей, осмелившись, кинулись вперед, выставив когти. Шанк бросился бежать по кругу, стараясь обойти монстров, но остальные гуля поняли, что «свежатинка» может улизнуть, и тоже бросились на ведьмака. Шанк решил идти напролом. Раскачиваясь на бегу из стороны в сторону, чтобы сбить гулей с толку. Те растерялись, перестали двигаться «стеной». Это-то и было нужно ведьмаку. Рассредоточенных монстров убивать легче. Одного он зарубил с лету, не останавливаясь. Второго – ударом снизу в подмышку и еще одним – разрубая хребет. Еще парочка, включая и того, что напал первым. Шанк закружился в полуобороте, уходя с линии атаки, резко перешел в атаку, ударив сверху, раскраивая череп, гаду. Второму он выпустил кишки мощным ударом, от плеча.
Ведьмак заметил, что Роберт несется ему навстречу, но добежать не успел – его догнали гули. «Хм... Может надо помочь ему?» - Шанк начал было двигаться на помощь Роберту, но вторая мысль изменила его намерения – глянув на цементавра у ведьмака созрел план, тот же самый, что и у его коллеги. «Цементавр! Один расправляется с шелухой»  – он глянул на успехи Роберта,  –  «Другой отвлекает и, частично выводит из боевого состояния цементавра. Отлично! Но раз уже Роберт выбрал первое, то мне ничего не остается, кроме как отвлекать этого здоровяка».
Ведьмак хмыкнул и направился на одинокого монстра, нещадно глотавшего слюну – голодно животинушке...
- Ну, урод! Давай! Поиграем! – Шанк пытался выглядеть бодрым, но голос выходил замогильным.
Монстр двинулся на маленькую, по сравнению с ним, фигурку, медленно набирая скорость. За пару секунд он разогнался так, что породистая лошадь, удавилась бы от зависти. Лишь в последнее мнгновение ведьмак отскочил, но ужасно твердая шкура задело его, и отправила лететь прямо в каменное надгробье. Удар получился хорошим. Из головы вышибло все мысли, кобчик полыхал болью, жидкость, потекшая по затылку, раскрашивала надгробие в кармин. Ведьмак застонал и попытался встать. Получилось. Покачиваясь, он пошел на цементавра вновь – Роберту нужно было время.

Отредактировано Шанк Биро (2012-03-29 12:46:23)

+2

40

Всполохи искр, промелькнувших в сознании, явно говорили за то, что крови он теряет много. Ведьмак прижал перчатку к горлу, неприязненно поморщившись - три рваных раны от когтей гуля тянулись на добрую половину ладони и сильно кровоточили. Громыхнуло, в сером свете он различил мелькающую фигуру Шанка, который, разделавшись со своими гулями, зашагал в сторону цементавра.
- Ну, урод! Давай! Поиграем! - донеслось эго его голоса. Роберт сосредоточился на гулях...
Трое медленно заходили по бокам, альгуль был прямо по курсу, и еще сколько-то толпились в сумраке - зрение теряло ясность, в глазах плясали искры.
"Было бы безумием тащиться на кладбище в одиночку. Еще большим безумием, чем эта толпа." - Как обычно, в минуты боя холодный рассудок начинал говорить сам с собой. Движения, рефлекторные, проделывались сами собой, тело отвечало за годы тренировок в Каэр Морхене, безошибочно ускользая и нанося удары... Или почти безошибочно.
Отражая очередной удар, он покачнулся, выставил руку, заслоняя голову и шею от очередных возможных ударов. Не зря - когти заскрежетали об металлические набойки куртки, подрали черную кожу, но - что важно - не добрались до плоти.
"Если бы я попытался расчистить это место в одиночку, то погиб бы еще... полчаса назад..."
Он увернулся, сделав пируэт и отскакивая, машинально защитился мечом. Альгуль ткнул его в бок, сильно, практически повалив. Он отскочил в бок, подвернул ногу, упал. Выставил над собой меч, откатился, вскочил... Ударил сильно, с размаху рассекая альгулю голову... Кровь, кровь...
"Ты в крови... лицо и руки... Вся в крови твоя одежда..."
Все в крови, мир окрашивается кровью, ночь пахнет кровью, металлом... Ярость застилает глаза. Он ничего не видит, кроме... Шаг, удар, удар... Где твоя кровь, а где - чужая? Все уже перемешано, небо, тучи, дождь...
Он понял, что лежит на траве лишь тогда, когда в ногу в очередной раз вгрызлись гули. Он закричал, крик, полный боли, перерос в стон. Бешено отбрыкиваясь, он воткнул меч в голову одного монстра, пнул ногой, разрываемой болью, другого в голову, перекатился, вскочил... Нога подогнулась, ведьмак зашипел, перенося вес на другую.
Оставалось еще... пятеро? Семеро?...
Неожиданно во тьме светлым пятном промелькнуло лицо Дани. Воительница, которая до этого где-то пряталась, налетела на гулей, яростно вопя и рубя направо и налево мечом. Ведьмак с чувством благодарности кивнул. Помощь придала душевных сил и он добил остальных. И обернулся... Цементавр завис над Шанком огромной темной глыбой...
- Дани! Бутылку! - ведьмак рванулся к Шанку.

+3

41

Небо будто сжалилось над сражающимися. Дождь перебирал мелкой моросью, не грозя залить уже все вокруг, но по плечами под одежду натекло прохладной влаги, да и косы отяжелели, пока Дани спасала факел.
Ведьмаки отчаянно, из последних сил размахивали клинками, делая свою работу. Несмотря ни на что. Женщина отняла руку от скользкого камня - она была темной, вся в крови - и вздрогнула. Если они умрут, у нее нет шансов.
В той стороне, откуда доносились звуки битвы, раздался хриплый, слабый крик. Они сделают свое дело, даже ценой жизни. В очередной вспышке Роберт исчез под сворой гулей, раздробив голову кому-то посильнее. Плохо, плохо!
Подбадривая себя боевым кличем, воительница накинулась на окруживших младшего тварей, стараясь снести им голову с первого удара - второго шанса могло и не быть, а протыкать их сталью было бессмысленно - в этом она уже успела убедиться. И - слава Мелитэле - мальчишка поднялся, добил оставшихся.
- Дани! Бутылку! - она кивнула, отбросила меч - просто не успевала убрать его в ножны, достала бутылку и, с факелом в одной руке, бутылью в другой, бросилась на глыбу монстра. Конечно, победоносно крича. А куда же без этого?

+2

42

В голове летали пчелки, а перед глазами – мушки. Шанк и хотел бы дать отпор, но он просто не мог. Держа меч в левой руке, он просто шел на цементавра, выигрывая время для Роберта. Монстр ударил со всего размаху, а ведьмак хотя и старался увернуться, но не успел. Шанка отшвырнуло на пару метров, и он влетел прямо на труп гуля.
– Черт, черт... – хрипел он, захлебываясь в крови, частично своей, но в большей части крови гуля.
Цементавр ополоумел от столь близкого куска мяса, который никак не давался ему в когти и в пасть. Монстр ревел, рычал, кидался на трупы своих собратьев, но все было не то. Ему нужен был тот, именно тот кусок.
Ведьмак поднялся. Ему почудилось, что он вновь оказался в лечебнице Святого Лебеды, в Вызиме. Глупо улыбаясь, он шел прямо в когти монстра. Спас его булыжник – Шанк споткнулся и упал на землю, а когти цементавра распороли воздух. «Если бы был эликсир... Я бы не чувствовал боли...»
Сжавшись, словно оборотень перед прыжком, ведьмак вскочил и кинулся бежать вокруг монстра, запутывая его, оставляя кровавые следы, но сам тут же отбегал в сторону – это было единственное, на что он способен.
Шанка выводила из себя (насколько это возможно в таком состоянии) его собственная беспомощность – Роберт дрался, рубил монстров, а он, он! Шанк! Ведьмак, который уже пятнадцать лет шатается по Большаку! Бегает, словно трус, не может разобраться с этим паршивым монстром! Сколько на его счету цементавров?! Штуки три, не меньше! Но почему, почему?!
Темная струйка потекла по, обкусанной до крови губе. Шанк все так же отвлекал монстра, хотя сил уже не было.

Отредактировано Шанк Биро (2012-04-02 08:07:51)

+2

43

Ведьмак, что было сил в ногах, рванулся на помощь. Струи дождя хлестали по лицу, стекали за шиворот, охлаждали воспаленную шею, притупляли, и в то же время, обостряли боль в ранах. Нога, сильнее всего пострадавшая от последней атаки гулей, бежать не хотела, Роберт то и дело спотыкался о камни, чуть ли не падая, хватаясь руками за кресты и камни могильных плит. Расстояние, преодолеваемое обычно за секунды, теперь казалось утомительно длинным, он все никак не мог добраться до серых теней - цементавра и Шанка. Монстр, казалось, забавлялся. В один момент он играючи замахнулся, а ведьмак отлетел на пару метров, прямо в глыбу порубленных гулей. Картинка была ужасной - Шанк, измазанный кровью, шатающийся, отплевывающийся кровью, встал и пошел снова, а затем и побежал!
"Наверное, я бы уже упал..." - с толикой восторженности подумал Роберт.
Он понимал, что сил оставалось крайне мало, если бы они подготовились! Если бы успели... Наверное, тогда весь этот ночной кошмар прошел как очередная ведьмачья забава. Danse Macabre. Танец смерти. Но от обстоятельств не отмахнешься...
Дани была рядом, прикрывала, ее клич странным образом придал сил, хотя Роберт и был уверен, что его надолго не хватит - сил не оставалось. Он задыхался, холодный ветер врывался в легкие, острыми ножами резал на части. Даже сил на то, чтобы крикнуть, не оставалось. Он молча протянул руку, выхватил у Дани бутылку, на хожу же вцепился, как волк, зубами в пробку и прыгнул на цементавра, который, поглощенный Шанком, и не заметил второго ведьмака, пока тот не оказался у монстра на спине, обильно обливая того спиртным. Цементавр заревел, задергался, а Роберт тем временем со всех сил всадил серебряный клинок к череп, в глазницу - одно из немногочисленных незащищенных мест урода. Брызнула кровь, цементавр взревел, замахал лапами, и стряхнул незадачливого ведьмака. Перевернувшись в воздухе, Роберт с удивлением заметил небо вместо земли, и землю на месте неба. Секунду он словно висел в воздухе, а потом рухнул прямо на каменную глыбу центра склепа, сильно ударившись головой. Он еще успел удивиться, а потом потерял сознание.

Ха!

Добавим драматичности в сюжет! Пропускаю 1 ход, Дани - у тебя факел, Шанк, братишка, добивай урода) устройте там красивый факел))

+3

44

Как видно, идея бросить меч была не очень хорошей. Но теперь искать его было поздно, так что, когда Роберт забрал у нее бутылку, Даниэль выхватила из ножен кинжал и чуть притормозила. Вид был фееричный - ведьмак верхом на монстре, второй - рядом и все это под свет молний, гром, и вопли недобитых гулей. Благо, последних, кажется, и вовсе не осталось - кого не убили парни, тех расшвырял, в излишнем усердии, цементавр.
Меч Роберта торчал из глазницы ревущего монстра - тому явно такая добавка к анатомии не понравилась, и он попытался выдернуть "занозу" когтистыми лапами, после того, как ведьмак, сделав красивую "ласточку", грохнулся на верхнюю плиту склепа.
"Если сейчас не поджечь, спирт выветрится!" - думала Дани, пытаясь понять, что будет делать Шанк. А то, если он решит вскочить на монстра, как младший, то вряд ли ему понравится огненный ореол... Была не была!
Будучи сбоку и чуть сзади, девушка почти не рисковала - подскочив, она с усилием ткнула горящим факелом в бок чудовищу. Веселые голубые огоньки побежали вверх и в стороны, словно на новогодней ели. Даешь иллюминацию! Дани предусмотрительно отскочила, чудом избежав удара лапой и бросилась к Роберту, подозрительно смирно валявшемуся на камнях.
Дело было за Шанком, и тот не заставил себя ждать.

+3

45

Шанк, увидев, что вытворяют его товарищи, аж подавился. «Сдурели они, что ли?! Во дают!»
Ведьмак воспользовался моментом передышки, дико кряхтя и чертыхаясь – кровь лилась с него потоком. Мушки в голове и чертики перед глазами уходить не желали. «Черт, черт, черт!»
Пока Шанк был наполовину дезориентирован, Роберт воткнул цементавру меч в глаз и облил его чем-то. Но вот следующего действа Шанк не ожидал. Та самая женщина, что помогла им в таверне кинулась с факелом на монстра. «Спирт!»
Ведьмак с глубоким вздохом вскочил, плюясь кровью и спотыкаясь, и бросился на цементавра.
Он знал, что не добежит. Он знал, что упадет. Он знал, что не сможет проткнуть монстра мечом, в своей ослабевшей руке. Он знал, что Смерть уже рядом. Но бежал.
Внезапно вспышка белого света ослепила ведьмака. Вдалеке он увидел отца и мать. Увидел полуразрушенные стены Каэр Морхена. Увидел Весемира. Увидел ее. Эльфку, с глазами цвета сапфира. Услышал ее слова:
"– И все равно.. Спасибо, d'hoine.. "
Кровь.
Оборотень.
Крик.
Эльфка.
Глаза.
Ведьмак.
Боль.
В душе.
Но ее нет!
Не знаю.
Боль.
Крик.
Кровь.
Глаза.
Меч.
Меч Предназначения.
Ты и Смерть.
Кровь.
Крик.
Глаза.
Второй ведьмак.
Но ведь ты одиночка!!!
Был. Теперь нет.
Кровь.

Вспышка ушла и ведьмак увидел перед собой наглую морду монстра. Шанк хотел крикнуть, но вместо этого захрипел, глотая кровь.
Он знал, что добежит. Он знал, что не упадет. Он знал, что сможет проткнуть монстра мечом, в своей сильной руке. Он знал, что Смерть пока далеко. И бежал.
Монстр пылал, но, казалось, не чувствовал боли. Шанк тоже не чувствовал. Он несся на монстра. Несся, чтобы убить. Без злости, без ненависти. Он – ведьмак.
Меч вонзился в плоть, кровь брызнула фонтаном. А ведьмак все втыкал и втыкал свой меч, уже не чувствуя себя самого, под тушей и ударами монстра.
Потом все стихло.

+3

46

Света разом стало больше. Старший ведьмак, казалось, не добежит - но, даже не остановившись, уверенным движением заколол чудовище серебряным клинком.
Дани одобрительно хмыкнула. Слава небесам, сегодня их хотя бы не съедят.
Младший был без сознания. Но отчетливо пульсирующая жилка на горле подсказывала - жив. От сердца отлегло, воительница приподняла мокрую от дождя и крови голову парнишки. Черты лица заострились, и даже сейчас выражали крайнее утомление. "Ну и работенка же у вас..." - вздохнула, откупорила фляжку и полила на лоб, легонько похлопала по щекам, пытаясь привести в сознание. Роберт дернулся, наемница чуть придавила его обратно к плите.
- Тихо, все уже. Ты как, идти сможешь? - после утвердительного кивка девушка отстранилась, заодно взглянув на все тише ревущего монстра. Шанк, кажется, решил порубить его в капусту - но в последний момент уже мертвая туша завалилась вперед, погребая ведьмака под собой.
- Черт! Он там задохнется же! - и "служба скорой помощи" бросилась уже к старшему. Обидно было бы погибнуть после столь славной победы, правда же?

+3

47

Он пытался сконцентрироваться на настоящем. Вода была везде - капала с неба дождем, да еще и Дани решила добавить. В голове рождался звон, силуэты были размыты и неточны. Он сел, потряс головой и тут же пожалел об этом - к звону прибавилась еще и боль - эффект отсутствия снадобий.
"Если бы мы их приняли, то..."
Впрочем, думать о том, что было бы, если бы - было ныне неуместно. Он поднял глаза - в нечетких силуэтах уже можно было различить тушу цементавра, который догорал - то, что еще не было отсечено мечом Шанка и не потухло от капающего дождя. К ней подскочила Даниэль. Роберт заметил, что она помогает Шанку, придавленному мертвым телом, выбраться. Ведьмак чертыхался на чем стоит свет, но был несомненно жив. Роберт вздохнул с облегчением, осторожно лег назад. Мокрая трава приятно холодила, снимая боль... он закрыл глаза... еще раз вспоминая то, что померещилось ему, пока он был в отключке.
... Мальчик подавил всхлип, но в глазах стояли боль и обида. Расшибленная до крови коленка сильно кровоточила, была перепачкана грязью.
- Ну-ка посмотрим, - большие отцовские руки подхватывают под плечи, ощущение полета, тепло... - Запомни, сын, любая рана заживает. Выбрось боль из головы, и все пройдет. Забудь о ней.
Малыш следует совету, отмечая с удивлением, что и правда - уже не болит... Мужчина, лица которого не видно, улыбается. Видно только ее - улыбку...

- Эй! Ты чего? - голос Дани вырвал его из забвения. Роберт открыл глаза, сел, а потом и встал, покачиваясь на нетвердых ногах.
- Ну, брат, -обратился он к Шанку, поддерживаемому с одной стороны Дани, - и наделали же мы дел...
Ведьмаки усмехнулись, каждый по-своему.
"Что это?... Воспоминания? Сон? Реальность или шутки воображения?..."
Ответа на этот вопрос не было. Хотя, сказать по правде, это была клеточная память, то, что не смогли до конгца убить мутацией при становлении. Клеточная память... память тела.
Медленно, прихрамывая и как-то тяжело, трое побрели назад, к таверне. Сразу на плечи свалилась вся усталость и боль.

+2

48

Шанк кряхтел не хуже Весемира, когда тот в плохом настроении. Болело все, абсолютно все. "Сейчас в таверну и за эликсирами".
Роберт тоже был не в лучше состоянии, в глазах у него было какое-то отчужденное выражения, хотя может и у него, Шанка тоже самое. В голове тихими отголосками пробегали прошлые мысли. Ведьмак увидел много. Но гудящая, словно чугунный котел, голова, не желала слушаться и мысли витали сами по себе, не управляемые ничем.
- Сейчас в таверну, а потом спать. К старосте завтра пойдем. - прохрипел Шанк, выплевывая сгустки крови.
Кладбище заканчивалось, рассвет был уже близко. Теперь ведьмак видел груды трупов, валяющиеся повсюду, нагроможденный один на другом - их было невероятно много. Шанк выругался жутким, трехступенчатым выражением, с примесью неологизмов, идиоматических выражений и неповторимой игры слов, чередуя все известные ему языки, наречия и диалекты.
Сразу полегчало и даже боль поутихла. Вяло перебирая ногами, странная компания подошла к выходу из кладбища.

+2

49

Живы...
Утро подступало, разгоняя тучи и высвечивая из-за них мягким светом царящий вокруг хаос. Гроза, мурлыкнув на прощание, унеслась куда-то за горизонт, увела с собой морось сопротивлявшегося до последнего дождя. Мокрые листья остались укрывать тела и землю и ждать следующего свидания.
По пути Дани высмотрела-таки свой меч и с облегчением подобрала его - без оружия ей было неуютно.
Почерпнула из речи Шанка несколько новых сочетаний, уважительно хмыкнула. А говорят - бесчувственные. Где там! Ругаются - значит, люди. Впрочем, это был скорее философский вопрос - для себя наемница давно все решила.
А вот трактирщик был им, кажется, не настолько рад, как хотел показать. Но проводил в комнаты, и даже на хмурое "Лекарства есть? Тащи!" - согласно кивнул. Не отказал и в горячей воде, и в очередной порции крепкого алкоголя.
Сгрузив обоих ведьмаков в одну комнату, женщина спустилась в общий зал. Лекарь в деревне имелся, но вернуться должен был только к вечеру - "ушел за корешками" куда-то еще позавчера. Так что придется ограничиться походными методами. Вода, девушка из местных для помощи, отобранные и свои зелья, самогон - не слишком роскошный набор, ну да парни они живучие, хватит - рассудила Даниэль.
С кого начать? От вида намертво пропитавшихся кровью одежек мороз пробирал.
- Раздевайтесь, мальчики. Спать рано еще...
Через распахнутое окно в комнатку забирался свет. Более различимы стали укусы и царапины. Воительница тихо выругалась. Радость от победы таяла вместе с предрассветным сумраком.

+2

50

Рассвет прокрался в окно, прогоняя усталость и дремоту. Роберт валялся на жесткой лежанке и засыпал. Сон одолевал, упорно отыгрывая позиции у тошноты и остатков боли. Он практически не ощущал ничего... пока лежал спокойно. Но тут пришла Даниэль, вооружившись какими-то странными препаратами. Ведьмак скривил нос, отказываясь даже шевелиться. Оставьте меня так, я отдохну и все само заживет... наверное!
Но Даниэль была уперта до конца, прошла к окну, распахнув его энергичным жестом. Засочился слабый утренний свет, повеяло прохладой, хотя они только недавно пришли с улицы!
- Раздевайтесь, мальчики. Спать рано еще. - Дани переводила взгляд с одного на другого, но ведьмаки только недоуменно уставились друг на друга.
- Лучше б дали поспать... - буркнул Роберт, но послушно встал, принялся стягивать с себя одежду. Куртка была покусана, пожевана, поцарапана и порвана. Пока снимал ее, Роберт тихо чертыхался и шипел. Кровь успела засохнуть и теперь, стягивая рукава, он рвал тонкие корочки запекшихся ран, которые, конечно, начинали снова кровоточить. Когда с курткой и рубашкой было кое-как покончено, настало самое сложное - ноги-то пострадали еще больше. Не говоря уж про голову. Роберт усмехнулся.
"Больным на голову ты уже был... Не впервой..."
Дани морщилась, прикусывала губу, глядя как парни пытаются отодрать от себя липкую от крови одежду. Оставшись без рубашек, они, хмурясь, глядели на Дани, а та начала обработку. Мелкие раны промывали, крупные - перевязывали. Хуже всего пришлось с ранами на спине. Перевязывать корпус - лишиться чувствительности, а не перевязать... Долго заживать будет. Пока копались, девушка из местных унесла грязные куртки и рубашки. Шанк хотел что-то сказать, видимо, насчет кражи имущества, но зашипел, когда Дани принялась обрабатывать рану на плече. У Роберта была перебинтована шея, но он умудрился пропустить пару стопок самогона, крепко ругаясь на отца того мужика, который гнал эту дрянь. Хоррроша, зараза!
Вскоре, во дворике развесили отстиранную, пусть и не до конца, одежду, на что сбежались смотреть местные мальчишки, но как только трактирщик ляпнул "это, значит, одежа ведьмаков", желающих смотреть и трогать смело как мором. Роберт, наблюдавший эту сцену из окна со стопкой самогона, усмехнулся.
- Так, ну будем считать, с этим мы покончили, - деловито заключила Даниэль. - Снимайте штаны.
Роберт чуть не поперхнулся самогоном, закашлялся. Но Дани не шутила, серьезно отнесясь к роли целительницы, хотела доделать дело до конца, а у Роберта были как раз искусаны бедра и голени - чертовы гули! Он, ища поддержки, поглядел на Шанка, который сидел на кровати рядом с женщиной.

+3

51

Шанк вообще не сопротивлялся - он вдруг почувствовал себя выжатым, скомканным и жутко усталым.
- Эликсиры в сундучке на лошади. Зеленый и фиолетовый флаконы. Зеленый - раны. Фиолетовый - внутрь.
Глянув на Роберта Шанк уставился в одну точку, а в голове тупой болью билась мысль. Его раздели, отдирали кровавую корку со спины, рук, кровь вновь полилась, капая на пол. Было больно, не так чтобы очень, но неприятно. Однако самогон брал свое.
- Уууушшшш - издал странный звук ведьмак, то ли от боли, то ли от крепости самогона.
Штаны он снял сразу же, кивая Роберту и улыбаясь, однако улыбка делала его похожим на пьяного, побитого женой зерриканца.
Ноги его были далеко не в лучшем состоянии. Огромный струп покрывал левую ногу. Шанк сглотнул.
"Черт, а ведь когда дрался, то и не думал, что это так противвно - личиться!"

+1

52

Пока ведьмаки раздевались, отдирая присохшие корки ран, Дани сама сбегала в конюшню - не хватало еще, чтобы ведьмачий конь оттяпал местной девочке руку. А когда вернулась, обнаружила, помимо вовсю идущего процесса лечения, изрядно уменьшившееся количество самогона в бутылке. Признаться, она и сама бы не отказалась, но дело - в первую очередь.
С эликсирами пошло чуть лучше, и доброе, в глубине, сердце воительницы перестало обливаться кровью, глядя на мужественных охотников. Когда они, тщательно перевязанные с головы до ног, наконец уснули, девушка все-таки глотнула рюмку и позволила себе отключиться. Строго наказав трактирщику - если эти двое соберутся уехать, пусть ее разбудит!

+2

53

Мягкий, приглушенный сон, плещущаяся волна боли, смягченная самогоном и эликсирами... тянущая, но уже не так изматывающая... В черном бархате забвения нет времени, нет печали и радости, тягот, забот, нет ничего... Кроме воспоминаний.
Море шумело, барашки пены разбивались о камни, словно солдаты, штурмующие древнюю крепость, раз за разом распадались на миллион осколков, возвращаясь назад, в море ... Дивные шаги, мягкая поступь серых стражей. Они ждут своего часа, чтобы забрать тебя в небытие. Их крылья легки как шелк, их голоса спокойны и вкрадчивы, так, что сам идешь, не сопротивляясь, их прохладные руки готовы забрать тебя с собой...
Небо
Мольбы не ждет
Небо
Угроз не слышит
Небо
Само тебя найдет...

Ведьмак Роберт открыл глаза, когда солнце уже клонилось к далекой гряде леса. Из окошка дул ветерок, раздувая служившие "шторами" обрывки тряпок. Веяло прохладой... и мертвячиной.
- Вот и сходили к старосте с утреца... - хмыкнул он, осторожно пытаясь сесть. Получилось. Забавное дело - раны. В пылу сражения, кровь хлещет из тебя, утекая стаканами, и хоть бы хны! А стоит расслабиться, подлечиться, как уже и садишься с кряхтением столетнего старца. Еле-еле.
На другой кровати сидел с хмурым видом Шанк, словно пьяный, водя глазами по помещению. Видимо, тоже только-только очухался, а с учетом того, сколько Даниэль влила в обоих эликсиров и не только, возможно мужчина еще и не осознал пока где они. Роберту досталось немного меньше, потому и доза была не такой убойной.
- Эй, Шанк, - окликнул ведьмака младший, поднимая руку и проводя ей по воздуху, привлекая внимание.
Старший неопределенно хмыкнул, кивнул. Пора вставать, мол.
Что делать - встали. Но при попытке выйти служанки подняли галдеж, парни не слишком поняли чем он был вызван, пока из комнаты не притащили, почти за руки, Дани. Женщина зевала и усиленно терла глаз, но когда увидела обоих ведьмаков остатки сонливости ее покинули. В итоге, к старосте они добирались втроем, по темнеющим улицам. Стражи порядка почтительно расступились - не то, что вчера ночью, как отметил Роберт.
Дом был не то, чтобы уютный, но сносный, пригожий для жизни, двухэтажный! На первом располагалась кухня, кладовка и инвентарь, второй был явно жилой. Староста, человек явно болеющий за свой народ - перепачканная рубаха и передник, пытливый взгляд, резковатые, но четкие движения - встретил их на первом этаже и провел на кухню. Выслушал, качая головой и осматривая "гостей", а затем, шикнув дочке притащить пива из погреба, трубно высморкался в платок.
- Все это, конечно, так... жальник очистить, награда большая... Только опоздали вы, господа ведьмаки. Жаль-жаль...
Шанк и Роберт переглянулись, затем в две пары кошачьих глаз мрачно уставились на старосту.
- То есть как это - опоздали? - слегка ошарашенно переспросил Роберт.
- Да очень просто! - похоже, староста и в самом деле был слегка расстроен. - Приехали сегодня наемники, тоже шайка, человек семь. В полдень, значит... ну и столковались мы с ними на триста новиградских крон, что ныне ночью они мне жальник-то и вычастят.
- Он уже чист как стеклышко. - Очень, ну очень мрачно проговорил Шанк, сверля старосту глазами. Роберт даже слегка поежился. А может сквозняком потянуло по шее?
- Это да... Но они взяли залог!
- Что? Все триста крон? - Роберт не верил своим ушам. Какой наивный старикашка! Так верить людям! Нет, конечно треть ставки в залог за такое дельце...
Староста не ответил, пожал плечами мол - а что делать?
- Много их было. Семеро или восьмеро. Приехали утром, окружили, сказали мол - дело вечером, а щас надо на что-то наполнить брюхо. Не на пустой ж желудок работать, во!
- Ну прямо мои слова... - кажется, голос Шанка становился все более зловещим. Роберт глянул в глаза другу и хмыкнул. Староста уже начал вжиматься в стул, а голова - в плечи.
Повисла тишина, нарушаемая только звуками жизни на улице.
- Значит, нам вы не заплатите, потому что уже с кем-то договорились, все денюжки отдали за то, чтобы кто-то там надрался, а тем, кто рисковал своей жизнью ради вашего сраного жальника - ни гроша? Так чтоли? - откашлявшись, резюмировала Даниэль, до этого молчавшая.
Звенящая тишина была лучшим ответом.
- Прошу прощения, милсдари, но еще троехсот крон в казне просто-напросто нет... Хотите - идите в таверну, авось и застанете этих - приметные личности такое, не пропустите. У одного глаза нет, повязка. Еще один карлик, с топором. Краснолюд. Два эльфа и пару женщин. Колоритная компашка.
Роберт сплюнул и встал. Ясно же, что от старосты денег они не получат. А шайка... Обычное жулье. Шанк был, похоже, такого же мнения, и не заставил себя ждать - выдал такую тираду, пополам с неизвестными даже Роберту словами, что в сумеречном свете показалось, будто у старосты даже уши - и те покраснели.
- Пшли отсюда, - буркнул старший, рывком отрываясь от стула и выскакивая из дома старосты. Роберт, смачно плюнув на порог, пропустил вперед Дани и вышел последним. А что еще они ждали? Радушного приема? Вечер сразу показался жутко скверным.

Отредактировано Роберт (2012-05-03 21:24:04)

+2

54

Шанк был зол. Мягко говоря. Деньги, заработанный кровью утекли сквозь пальцы. Жуткий шрам на боку, мешающий выполнять повороты туловищем - получен зря. "Черт!"
Первой мыслью было хорошенько проучить тех товарищей, но... жуткая злость прошла - исчезла, словно ее и не было.
- Ну что, Роб? Делать-то что теперь будем? - угрюмо спросил ведьмак, пиная камешек.
Хотелось напиться. Да-да, именно напиться, так чтобы до беспамятства. Шанк долго не пил спиртного, и вообще, редко выпивал что-то крепче пива, если не считать его эликсиров, а тут захотелось. А раз захотелось, надо выполнять. Но ведьмак все еще ждал ответа Роберта.
"Устал я что-то... Да и староват стал..." - странная мысль, странное состояние, странный вечер.
Закат был закатом, а вечер был вечером, созданным, чтобы напиться. На то, что после этого "полегчает" Шанк не надеялся.
"Плохо все".

Отредактировано Шанк Биро (2012-05-09 12:19:32)

+1

55

Сказать, что наемница разозлилась, было бы мало. Для начала следовало бы уточнить, сколь велико было ее изумление наивностью - чтобы не сказать крепче - старосты. Разве что, не слишком чистая на руку шайка запугала мужика? Так или иначе, результат был один - их честно заработанные деньги сейчас проматывали, наверняка в том же трактире, бандиты.
Даниэль мрачно пнула попавшийся на дороге камушек, зловеще прищурилась и улыбнулась так кровожадно, что усевшийся на забор проводить солнце петух подавился воплем и слетел с жерди, приглушенно возмущаясь из кустов.
- Как что делать? - Ответила она Шанку, опередив младшего, - конечно, отбирать заработок. У меня вопрос вообще только один - может, вытащим их все-таки на кладбище? Пусть полюбуются, понюхают... А вы их там встретите и расскажете, как дело было и чего оно стоит.
Женщина размяла кулаки, и решительно направилась к таверне, ни секунды не сомневаясь, что мужчины поддержат ее идею.

+2

56

Настроение, мягко говоря, оставляло желать много лучшего. Хотя Роберт и смекал, что уже ничего не сделать, что им остается только два варианта, все равно было как-то слегка обидно. Нет, не слегка, очень обидно. Если бы не то, что от эликсиров все еще клонило в сон, что шея плохо поворачивалась и от резких движений пробирал такой спазм, что ведьмак чуть не задохнулся воздухом в первый такой раз, то, наверное, он решился бы пойти в таверну и начистить всем морды. А что, и выход энергии, и забрать деньги.
- Ну что, Роб? Делать-то что теперь будем? - читая его мысли, угрюмо спросил Шанк.
Вид у старшего, как, практически, в шутку прозвал его Роберт, был очень, ну очень темный. Словно туча затмила его душу.
"Не может человек так убиваться из-за денег. Не должен..." - удивился младший. Но потом все встало на свои места - это ведь ведьмаки. Словно на мгновение он и сам забыл зачем явился сюда. За наградой. За средством к существованию... А, фактически, что он получил?...
- Как что делать? - Вывела из задумчивости его Даниэль, - конечно, отбирать заработок. У меня вопрос вообще только один - может, вытащим их все-таки на кладбище? Пусть полюбуются, понюхают... А вы их там встретите и расскажете, как дело было и чего оно стоит.
- Оу, оу! Спокойнее! - Роберт даже попытался взять женщину за руку, но она отпрянула, грозно блестя глазами.
Вот он, запал! Ведьмаку его не хватало. Уже. Поморщившись от очередного "прострела" шеи, ведьмак начал, как можно мягче. - Говорю за себя, но мы немного не в той... кондиции, чтобы драться с шестью-семью людьми за раз, - Роберт бросил взгляд на Шанка, но тот, опустив глаза и смотря под ноги, только хмыкнул. Впрочем, не опроверг.- Да и мы не наемные убийцы, мы не трогаем людей. Обычно. - Добавил он после запинки.
Наемница оглядела ведьмаков и вспомнила, видимо, утреннюю экзекуцию. Нахмурилась.
- Ну в глаз-то хоть тому одноглазому заехать можно? Ладно...
Нарываться на толпу одной ей видимо тоже не очень хотелось. Ведьмак перевел взгляд на Шанка.
- Тогда от меня поступит предложение... - он комично, прямо-таки по барски, выудил остатки наличных, потряс мешочком, отмечая скудный звон монет. ... - Напиться...

+2

57

Шанк стиснул кулаки и скрипнул зубами. "Черт! Из-за этих паршивых денег я должен так измываться над собой! Ведь что они, деньги? Железки, железки без которых не проживешь..."
А деньги нужны были - в поисках эльфки Шанк работал редко, а если и работал, то деньги уходила на лечение ран. Как и сейчас, только сейчас - хуже. Вот почему так убивался ведьмак.
Нет, они не смогут в рукопашной уложить банду. А в настоящей... а в настоящую лезть не стоит не только поэтому. Нельзя подыгрывать мерзким слухам о ведьмаках, нет, нельзя.
Шанк, словно выпал из царства злости и тьмы. Сразу полегчало, будто бы отпустило. Ведьмак тяжело вздохнул, оглядев своих коллег, успевших стать друзьями. Чуть просветлев, он проговорил: "Друзья! Не надо ни драться, ни пить! - тут он улыбнулся. - Мы навсегда запомним это приключение, сделавшее нас друзьями, ведь так? Зачем мы будем портить и без того испорченный день? Давайте попрощаемся и разойдемся в разные стороны. Не оглядываясь. Так будет лучше. Может и свидимся когда".
Ведьмак покашлял и глянул на небо. Оранжевое закатное небо. Стало удивительно легко и свободно.
Глубоко вздохнув, Шанк еще раз посмотрел на своих друзей, уже совершенно спокойный и в приподнятом настроении.
"Как же все-таки хорошо иметь друзей... Раньше я так не думал. Но... что-то кончается, а что-то начинается".
Трое друзей стояли напротив друг друга. У каждого были свои мысли, заботы, проблемы. Страхи. И в преддверии века Меча и Топора, века Волчьей Пурги, Часа Белого Хлада и Белого Света, Часа Безумия и Часа Презрения, каждый из них верил, просто верил. А может и нет. Но надеялся - да. Каждый. Скоро наступят смутные времена, и кто знает, кто будет жить, а чьи кости будут тлеть в канаве? Лишь Предназначение и... и Смерть. Но была еще и Жизнь - своенравный отрезок времени между головой и кончиком хвоста Уробороса, которую следует прожить и прожить так, чтобы и уходить было не жалко. И поэтому вера, в некоторых, и надежда, во всех, жили и набирали силу перед Часом Конца, должным грянуть скоро, и грозившим погубить многих, очень многих.
Два ведьмака и девушка-наемница - странная компания, которая могла образоваться только в такое время, среди горести и лишений, шедшая через них, и желавшая жить, жить ничуть не хуже других, жить так, чтобы во всю силу, жить перед и в самом Часе Презрения - их времени - тяжелому и своенравному, но их и только, и хоть тяжела была эта жизнь, но жить стояло, только из-за этой тяжести, чтобы вынести ее, и вступить Час Конца, а может, и пережить его. Так и было, так и происходило, здесь и сейчас, в компании друзей - грустных, но живущих, и будущих    жить, цепляясь за это короткое мгновенье, в объятиях мифического Уробороса.

+3

58

Не надо ни драться, ни пить!
Слова Шанка остановили целый поток мыслей, возмущения, предчувствия головной боли... Остановили и развернули в другую сторону, плеснув удивлением во взгляде, постепенно сменившимся пониманием. Дани расслабилась и перестала хмуриться. А чуть погодя и улыбка показалась.
- Пожалуй, ты прав, ведьмак, - женщина кивнула, выпустила рукоять меча, в который вцепилась, сама того не замечая. - Спасибо за веселую встречу, парни.
Потом шагнула ближе и крепко обняла старшего, стараясь не тревожить его раны. И махнула Роберту: мол, присоединяйся.

+2

59

Что-то кончается... Закономерность мира, неустанная, незыблемая.
Роберт перевел взгляд зеленых кошачьих глаз на заходящее солнце. Солнце... А дальше, там, за ним - что? Пустота или мир, скрытый за черным в ночи небом, утыканным иголками звезд? Улыбка коснулась губ, не исказив, как обычно, а сделав странно человечным.
"Вот такой вот счастливый конец на этой развилке..."
Впрочем, Роберт тоже начал успокаиваться... Прикрыв глаза, ведьмак осязал. От Шанка веяло таким... спокойствием, уверенностью и чем-то еще, чего младший не улавливал, но все это отчетливо ощущалось кожей, каждым волоском, словно волна, морской бриз. Волна накрыла, в голове на полминуты загудело. Он отчетливо понял, что не потерял, а совсем наоборот! Нашел. То, чего не передать словами. Эти воспоминания будут держать его на поверхности в дни, когда не захочется жить... Он знал, что такие дни бывают. Теперь у него было оружие, чтобы бороться. Роберт улыбнулся, сделал шаг вперед, и заключил обоих своих друзей в объятия - Шанка по правую руку, Дани - по левую. Пальцы сжались на мгновение, запечатляя его мысли. Слов не было - красиво говорить он не умел, да и Шанк уже все сказал, ни добавить - ни убавить.
- Свидимся, - отпуская друзей, отозвался Роберт приободренным голосом, с легкой улыбкой глядя им в глаза.
Легкий порыв ветра потрепал волосы, Дани, ухмыльнувшись, порылась в кармане и протянула уже знакомый шнурок. Ведьмак принял с благодарностью, перехватив ее руку и запечатлев поцелуй, легкий, едва весомый. - Благодарю.
Они разошлись - каждый за своим конем. Через полчаса совсем стемнело. Сумерки опустились на деревушку, легкий туман заблудился между деревьями, прилипая к корням. Выводя Ориона из конюшни, Роберт заметил Дани, проверяющую подпругу, и Шанка, склонившегося над торбой с эликсирами. Несколько дней - но они врезались в память железным клином.
Припорив коня, ведьмак свистнул, вынуждая Ориона встать на дыбы. Конь загорцевал, перебирая передними ногами в воздухе, ведьмак в последний раз махнул рукой на прощание... Как знать, быть может - свидятся еще? Он надеялся.
Орион сорвался в галоп, вздымая ворох опавших листьев. Вскоре цокот копыт совсем стих.
Однажды я вернусь домой,
В мой старый Замок у брегов,
Шершавых стен коснусь рукой,
И память вспомнит все без слов.
...
Перешагнув сквозь боль и страх,
Я отрекусь от злой тоски,
И вновь вернусь, как в тех мечтах,
Что рвали сердце на куски.
...
Я поднесу свой светлый меч,
Он вспыхнет в пламени огня,
Его я буду век беречь,
Ведь это память для меня.
...
И будет вновь тепло и свет…
О, Каэр Морхен! Вечный дом,
Тебя покину на заре,
Чтоб снился по ночам потом…
...
19/12/05    8-11.
(c)

+3

60

Троица. Странная троица людей и не очень. Живущих в этом мире, мире полном превратностей Судьбы и Предназначения, живущих и... Нет, не выживающих. Теперь нет. Они знали, что вряд ли встретятся, ведь никто не знает где встретит свою смерть. Может, там, за поворотом, дороги, шайка разбойников? А может, семья оборотней, жаждущих крови ненавистных людей? Или еще что-то, что убивает... Так или иначе, знание здесь ничего не решало. Решала вера - у кого-то и надежда - у каждого. Ведь становится легче, когда ты веришь или надеешься в то, что когда-нибудь увидишь друзей живыми и здоровыми, обнимешь их и поговоришь. И в этот час, в грядущий Час Презрения, каждый из них, скача в разные стороны света улыбался, улыбался и помнил, надеясь.

***

"А действительно, куда они направились?" - поинтересуется мальчик, слушая сказочника у деревенского костра. Тот лишь покашляет, ласково улыбнется, покачает головой, трепля малыша по макушке. И не ответит. Ведь угли в костре догорают, а значит, пора спать. Но не только это. Сказочник просто не знал. И не надеялся узнать, вникнуть в путаные ветви Предназначения, ведь он простой старик, знающий много историй, но не пытающийся их изменить. И так бывает.

***

Что меняет знание стороны света? Ничего. И это не столь важно. Или вообще не важно. Важно лишь то, что они жили, а вместе с ними жила и надежда. Надежда на лучшее будущее, на то, что закончится Век Меча и Топора, пройдет Час Презрения и Час Безумия, улетучится Час Белого Хлада и Час Белого Света, и, наконец, испарится Час Конца, пугающий, но не мешающий жить. Жить троим судьбам, запутавшимся в нитях Предназначения, которое умело завлекает их в свои ловушки.

***

Трое путников, скачущих в разные стороны света. Они живут в короткий промежуток времени, гордо именуемый Жизнью. Так пусть этот промежуток времени будет вольным и безумным, пусть сгорит, как мотылек, бросившийся в костер, пусть живут, наслаждаясь свободой, и смеясь в лицо смерти, не веря до последнего момента в ее близость.

***

"Дедушка, а дедушка, ну скажи, как они там? Живы ли? Были ли у них еще такие приключения?" - спросит мальчик, сидя у догорающего костра, теребя старика за полы кафтана - старого и потрепанного. Старик улыбнется, посмотрит вдаль слезящимися от дыма глазами. Или от чего-то другого. Долго и внимательно рассмотрит простое, бесхитростное, но такое удивленное и восторженное от интересно рассказанной истории, лицо мальчугана. И не ответит. По многим причинам, на большинство из которых, он, проживший на свете целый век, до сих пор не нашел ответа. Может быть.

***

А каков же смысл этой бешеной скачки, скачки во тьме и через тьму? Смысла нет, по крайней мере он не видим. Трое путников, борющихся с Судьбой - без результата. Но после всего, что они пережили все кажется таким мелким и неважным, что Жизнь, Жизнь во всей своей красе возносится на безмерные высоты, становясь чем-то вроде культа, культа Жизни - такой, какая она есть без приукрашивания. Ведь Жизнь для них, вольных путников, сопротивляющихся вечному и непреодолимому течению Предназначения, словно свет в конце туннеля, в конце которого... Смерть. Но ведь она далеко! И чем быстрее мы будем жить, тем больше удалимся от него! Так думали они, думали неверно, но жадно и щедро, впитывая в себя те крохи, которые не забирает, а оставляет, словно насмехаясь всесильное Предназначение.

***

"Дедушка, ну скажи все-таки, а! Я спать уже хочу, скажи!" - сонным голосом скажет мальчишка, укладываясь поудобнее у тлеющих углей. Старик в старой, потрепанной одежде, с лицом, испещренным морщинками, с руками - старыми и сморщенными, невысокий, всегда улыбающийся глазами и уголками губ, а глаза, глаза - добрые, лучистые, светлые, по-настоящему молодые и полные Жизни. Старик на миг отвернется, а потом, не выдержав, ответит:  "Ладно, малыш. Я отвечу. Пройдет время и они встретятся. Это так. Но кто знает, куда заведет их ретивое Предназначение и хитрая Судьба в следующий раз? Никто, даже я не знаю. И поэтому, мальчик, я скажу так: это уже совсем другая история. Но я надеюсь, надеюсь и верю, что все будет хорошо и в преддверии века Меча и Топора, века Волчьей Пурги, Часа Белого Хлада и Белого Света, Часа Безумия и Часа Презрения, Часа Конца, каждый из них найдет что-то в себе и в своих друзьях, новых друзьях, и вместе, только вместе они смогут пережить Tedd Deireadh. Да будет так". - мальчик заморгал глазами, сопротивляясь сну и пытаясь вникнуть в смысл слов, сказанных стариком. На миг закрыл глаза, и столь же резко открыл. К его великому удивлению старика не было. Не было и все тут. А в воздухе витала магия. Ведь это была ночь Саовины. Ночь безумств и ночь предсказаний. Ночь правды и ночь лжи. Ночь света и ночь тьмы. Ночь перед Часом Конца. Витала в воздухе не только магия, но и странные, полные невесомой энергии и жутких сил, слова. Слова гласящие и слова пророчащие. Слова, сказанные в ночь Саовины.

Но я надеюсь, надеюсь и верю, что все будет хорошо и в преддверии века Меча и Топора, века Волчьей Пурги, Часа Белого Хлада и Белого Света, Часа Безумия и Часа Презрения, Часа Конца, каждый из них найдет что-то в себе и в своих друзьях, новых друзьях, и вместе, только вместе они смогут пережить Tedd Deireadh. Да будет так".

Крикнула одинокая птица в ночи, завыл волк, блуждающий среди лесных троп. Квакнула лягушка, а ее собратья огласили лес своим кваканьем. Забулькала река, в которой забеспокоились косяки рыб. Лес наполнился звуками, рвущимися и готовыми выплеснуться в окружающий мир. И в этом снопе звуков, вдруг отчетливо послышались слова.

"Va‘esse deireadh aep eigean..." - сказанные на Старшей Речи, а затем, послышался ответ.

"Что-то начинается..." - на всеобщем наречии.

И лес затих. Кончилась ночь Саовины. Ночь безумств и ночь предсказаний. Ночь правды и ночь лжи. Ночь света и ночь тьмы. Ночь перед Часом Конца. Кончилась и мир затих. Чтобы вновь ожить. А мальчик спал, посапывая и видя сон.

***

Одинокий старик шел через лес, насвистывая мелодию и хрустя корочкой хлеба. Путь обещал быть долгим.

***

Ведь что-то кончается.
Но что-то начинается.

+2


Вы здесь » Ведьмак: Перекрестки судеб » Личные эпизоды » Разгулье под Марибором.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC