Ведьмак: Перекрестки судеб

Объявление

Последние новости

Форум закрыт. Но можно доиграть незаконченные квесты и эпизоды, а так же разобрать памятные сувениры. Спасибо за то, что играли с нами

Администрация
Мэг

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Ангард, каналья!

Сообщений 31 страница 58 из 58

31

-И ссылай, - буркнул он, доставая еще одну чистую бумагу и принимаясь за новое письмо, - Я же сказал, что надеяться то особо не на что...
А если некрасивая? Так, если я даже глядеть не хочу, зачем я это пишу?
Парень нахмурился, задумчиво кусая кончик пера.
Значиццо, дорогой герцог...
Минька специально писал угловато и с ошибками, чтобы имитировать разбойничий почерк. До сего момента он сомневался, что среди бандитов могут быть те, кто умеет читать, и писать, и врачевать даже.
Спишым вам сообшчить...
Они могли бы быть уважаемы в обществе, если бы продолжили этим всем заниматься, но почему-то выбрали совсем не то... Интересно, что произошло с Пикой, или вот с тем мальчишкой?
И печать его личная.
Шлёп.
Мы тут с вами не шутки шутим.
Фортрейн еще раз перечитал послание, в пол уха слушая разбойницу, и отложил письменные принадлежности, надеясь, что они ему сегодня больше не понадобятся. А как они, кстати, почту будут отправлять? Оденут кого-то попредставительнее и в город отправят?
-Но если надо - могу и на шпагу насадить. А для тебя-то это нормальное дело, а? На шпагу-то поди каждый день служанок насаживал, Мейн?
Минька густо покраснел и не ответил, осторожно протягивая разбойнице бумагу.

0

32

-И ссылай. Я же сказал, что надеяться то особо не на что...
Пика скривилась.
-Знаешь, Щен, мое настроение резко меняется от такого отношения. Ты кажется забыл, где находишься.
Мейнхард ощутил, как ему прилетает тяжелый подзатыльник. Звезды посыпались из глаз и полетели к свои братьям и сестрам на небо. Тишина опустилась над лагерем. Разбойники уснули.
-Пиши и поживее. Кстати, если его благородие надумало сбежать - отговаривать не стану. Несколько раз мы ловили таких в болоте, умоляющих вытащить их за любые мильоны. Или в медвежьем овраге, среди гниющего мяса прошлых неудачников. Или...о, вижу перечисление можно закончить.
Захмелевшая девушка пнула в бок Фортрейна.
-На твоем месте я бы молила, чтобы папаша все же любил тебя и очень сильно! Гребаные дворяшки - когда же вы поймете - что жизнь бесценна?
Даже привычный к таким выкрутасам Пит смутился и застыл за вторым пленником, не выказывая желания попадаться на глаза Пике в ближайшие...лет десять.
-Ты это...Мейн, не шибко обижайся. Ну как бы ога? Она не всегда такая.
Служка закончил возиться с зеленым и снова присел на ухо Мейнхарду.
-А насчет денежек-то не шутим мы, да. Лучше бы их получить, ога ога.

0

33

-Знаешь, Щен...
Да, сударыня?
Парень с досадой потер затылок и, мотнув головой, чтобы все встало на свои места, убрал перо и чернильницу в сумку. А когда бандитка пнула его в бок, то он даже не отодвинулся, замолчав, похоже, надолго.
-На твоем месте я бы молила, чтобы папаша все же любил тебя и очень сильно!
Мне все равно...
-Гребаные дворяшки - когда же вы поймете - что жизнь бесценна?
Тогда почему ты сегодня обменяла несколько бесценных жизней своей братии на цацки?
Минька ненадолго задержал свой взгляд на лице Пики, ища вопрос на свой ответ в ее глазах, но там сейчас были только раззадоренные хмелем чертенята, не расположенные к беседе на такие высокоморальные темы.
Верю, но я сам хочу ей распоряжаться. Сам. Своей. До этого ей распоряжался отец, теперь вы. А уж если бесценна, то никакой тысячи золотых кругляшков не хватит, чтобы вытащить меня отсюда, так ведь? Вы сами назначили цену, теперь же говорите о таком... Странные вы люди.
Фортрейн перестал слушать Пита, вцепившись пальцами в собственные плечи, и мрачно глядел в догорающий костер. Почему-то снова стало холодно, и даже совсем не из-за того, что огонь совсем съежился, прижавшись к почерневшим бревнышкам, и не из-за того, что ночь запустила свои ледяные пальцы ему за шиворот. Взгляд тонул в язычках пламени.
Иди уже спи, чертенок. И хватит меня пинать.

0

34

Ответы Фортрейна имели бы силу будь выпущенными на волю из уст, как птицы из клеток. Боль в затылке и боку накинула на клетку тяжелый замок. Правду говорят - больше думай, меньше говори и в том твоя сила. Слова ранили похуже шпаги иной раз, глубоко рубцуясь внутри души и сердца. Пит продолжал чего-то болтать, рассказывал смешные (по его мнению) байки а потом, просто вот так вот взял, и заснул на плече Мейнхарда.
-Я того...глаз с тебя не спущу, ога...ты мне смотри, Щен... - последнее, что пробубнил пацан, перед тем как провалиться в сон.
Ночь загустела тяжелым сиропом. Где угодно, только не на веках графа. Спать не хотелось по многим причинам, ну пусть будет самой главной та, по которой он еще здесь, среди сброда головорезов. Издалека, очень такого далека, проносились крики ночной жизни в лесу, а иногда к ним примешивались и людские голоса. Или это было навеяно шепотом таинственного болота. Правду сказать, здесь росли необычные сухие полые кустарники, которые и создавали жуткий эффект шепота потустороннего мира. Как же было хорошо, когда все само собой объясняется. Вот и непонятные шорохи за спиной граф списал на собственные фантазии. Но...
-Эй...
Голос звучал четко, но тихо. Мейнхард мог бы подскочить, если бы не стягивающие путы, о которых во время позаботился Пит.
-Эй, парень. Ты живой? - голос снова воззвал к Фортрейну. - Не шуми только. Надо выбираться отсюда. Слышишь? Мы их всех вздернем на виселице. Я несколько лет охочусь за этой мразью...наконец повезло. Жаль ребят там, на тракте. Но эту цену ради блага королевских дорог я готов заплатить.
Пит причмокнул и продолжил сопеть, уткнувшись в плечо Мейнхарда.

0

35

Доброй ночи, сударь.
Язычки пламени, притесненные ночью, совсем спрятались в угли и сердито щурили оттуда свои красные глаза. Вновь завернутые за спину и стянутые веревками руки постепенно обретали ощущение нахождения сотни иголок под кожей, и не пошевелиться ведь толком. Минька прикрыл глаза, проваливаясь в омут мыслей.
"-Пусти!"
Опять ты? Иди погуляй...

Он чувствовал себя брошенным ребенком, брошенным даже самим собой, словно был он настоящий и он "для общества", и эти двое были друг другу не сказать чтобы противны, но неприязнь между ними была точно. Тот, "общественный", был сейчас послан куда подальше за неудачный план, не сработавший днем, и вообще был обруган последними словами. Мальчишка сидел скрючившись, устроив скрещенные руки на коленях, а подбородок на руках. Свежий порез, пересекавший лицо, еще кровоточил. "Общественный" тип в наглую уселся рядом, устроив у себя на коленях две окровавленные стрелы.
-Я же сказал...
-Ради бога, не реви только,
- вздохнул парень.
-Когда это я ревел? - оскорбился мальчишка, уничтожающе зыркнув на своего невольного соседа, но тот, почему-то, исчезать отказался.
-Недавно, - махнул рукой "общественный".
-Вранье, - сердито буркнул ребенок, вновь мрачно уставившись перед собой, - И вообще, кто ты такой, чтобы мне указывать? Тебя не существует, ты маска.
-Меня охотнее слушают и даже, бывает, верят.
-Ты выполняешь чужую волю, значит тебя не существует,
- с упором сказал паренек.
-Я сижу рядом с тобой, и меня, значит не существует? - юноша хмыкнул, повертев в руках стрелу.
-Конечно нет.
-Эй...

Фортрейн вздрогнул.
-Эй, парень. Ты живой?
"К сожалению да, он все-таки живой," - буркнул мальчишка.
-Осторожнее, милорд, здесь есть те, кто может подслушать, - тихим голосом предостерег "зеленого" граф, - Как ваше имя?
Миньке пока что было нечего предложить - весь план пока упирался в то, что веревки ему никак не развязать без посторонней помощи.

0

36

Может быть не один Мейнхард вот так сидел сейчас и витал среди обрывков прошлого и загубленного настоящего. Как забавно: на все фразы малыша, обиженного жизнью чутко реагировала чумазая физиономия Пита, который как будто бы стал тем самым Минькой при жизни. Другой жизни, другом ее варианте.
-Осторожнее, милорд, здесь есть те, кто может подслушать. Как ваше имя?
-Рондивейн.- коротко представился мужчина. Мейнхарда неаккуратно дернули. - Слушайте, сударь внимательно. Сейчас вы сможете нам помочь.
Это звучало так же интригующе как и зловеще. Сразу же казалось, что некто из разбоев во сне пошевелился, издал подозрительный звук или уже заряжал порох в мушкет. Да глупости это все! Он ведь ценный груз. Их пристрелят только в случае нападения. Верно? Мейнхард понял, что он сам себя утешает. Его опять дернули. Пит опасно зафырчал и скатился на землю.
-Так...На пояснице моей есть участок с заплатой. Она не полая, там есть лезвие - заготовка для ножа...Вам придется извернуться и вытащить ее. А еще придется вспороть заплату. Никогда так не мечтал, чтобы у графа были не стрижены ногти. Иначе придется повозиться! Тихо!
По темноте один из бандитов, пошатываясь уперся в кусты и преспокойно принялся отливать.
-Э! Слышь, графский щенок? Ты спишь чоли? - Мейн узнал голос Рыжего. - Я с тобой еще не закончил. Я тебе завтра зубы пересчитаю, мудак.
Пит заворочался и сонно уселся.
-Я того! Его! Стерего! Тьфу, стерегу.

0

37

Минька прикусил губу и прикрыл глаза, осторожно выдыхая. Слишком сильно затянутые веревки больно врезались в тело при любом движении "зеленого". У того, небось, дублет набивной, не чувствуется в нем такое, свой дублет графу пришлось повесить сушиться, а рубаха не обладала его свойствами, к сожалению. Парень попытался пошевелить кистями рук, но запястья тоже были стянуты, особо не размахнешься, да и привычка не отращивать когтищи была его вечной спутницей, кто же знал, что так выйдет?
Когда зашевелился кто-то из разбойников, Фортрейн тут же притих, успев за это время кое-как обнаружить злополучную заплатку. В запястьях глухо пульсировала боль.
-Я тебе завтра зубы пересчитаю.
Пошел ты на хрен.
Парень промолчал. Его не тронут, если он не будет провокатором и будет сидеть тихо. Она обещала... Если рыжий ослушается, она его... Что она сделает? Будет ли лишать его драгоценной жизни или хотя бы драгоценных зубов? Как там было, око за око, зуб за зуб, да? Но это только для своих работает, кажется. Его обещают вернуть семье живым, а с зубами или без зубов, это дело десятое.
Минька исподлобья посмотрел в темноту. На миг захотелось иметь возможность убивать взглядом, но так умели только магики, и те давно повымерли.
-Я того! Его! Стерего! Тьфу, стерегу.
Граф невольно улыбнулся и сделал вид, что действительно спит. Утро преподнесет ему пробудку посредством пинка по зубам? Отлично, лучше не придумаешь.
Вот был у меня предок, давненько еще, когда магики были на каждом шагу, только имени никто не записал, одно лишь прозвище осталось "Алый Сокол". То ли тать был, то ли служивый, то ли сначала служивый, а потом тать, уже и не помнит никто... Но разбойников одним своим видом распугивал. Мне бы так... А может и приврали чего как обычно.
Сейчас Пит примется стеречь их еще бдительнее, и Минька попробует снова нашарить заплатку. Только как быть дальше? Особенно, если острая железка выскользнет из онемевших пальцев?

0

38

Рондивейн старался наклоняться как можно удобнее для Фортрейна. В другое время они бы наверное посмеялись над это фразой, но если так подумать - попади они сейчас в руки надсмотрщиков - их обоих наклонят так удобно, что забудут и маму и папу. Боль мало того что грызла кисти, так еще и заставляла их неметь. Пальцы к тому же никак не могли пробить заплату, но внутри за ней и правда ощущалось заветное лезвие. Оно само немного показалось наружу, так что задача выглядела полегче. Пит недовольно пихался, чувствуя как Мейнхарду не спится.
-Ну ты чего? По-маленькому, али по-большому захотел? Ты лучше скажи, а то потом заставят вот так сидеть и вонять, о ужас. Ога. Были такие господы. Нагадили под себя, так мы их пока до ручья отвели, пока дорогу туда пробили...вотщем не надо, ладушки?
Рыжий утащился снова дрыхнуть. Смущала фигура человека в платке: он так и остался восседать на высоком камне статуей. Куда направлен его взгляд? Может он сейчас наслаждается неловкими потугами пленников?
Шорк-шорк...
Палец больно кольнуло. Лезвие показалось еще ближе из заплаты. Но руки не чуяли почти ничего и сами себя вмиг бы изрезали.

0

39

Пару раз взгляд цеплялся за таинственного бандита, отчего сразу становилось не по себе. Нет, он определенно тоже на них посматривает и злорадствует тайком, знаем мы таких...
Минька сделал еще пару движений уставшими пальцами и притих, получив очередной недовольный тычок в бок от своего пажа, тюремщика и врача. Ужаленный кончиком лезвия палец запульсировал болью, и граф почему-то подумал о том, что было бы неплохо, если бы лезвие не было отравленным.
Откуда такие мысли? Тебе страшно что ли стало?
Внутренний голос буркнул в ответ что-то невнятное.

Парень сжал и разжал кулак. Не полегчало.
Онемевшими руками ничего не сделать, нужно хоть немного их размять, вот ему Пит даже подсказывает, что сделать то можно. Или не рисковать? Вдруг от неосторожного движения лезвие выскользнет и его заметят? Фортрейн прикусил губу, мучительно раздумывая, и все же решился.
-Говорю, - уведомил он своего бдительного охранника.

0

40

С Пита сон как рукой сняло. Он заохал, подскочил, упал, снова подскочил, едва не перебудив весь лагерь. Мейнхард и Рондивейн сто раз пожалели.
-Ты эта эта! Терпи тока, лан? - мальчонка раскрутил хитровыпернутый узел на руках. Фортрейн чуть не запел и не стал оперным певцом от блаженства. Может быть, даже с такими данными его взяли бы в королевский театр. Лезвие скользнуло в руку, мягко ложась на ладонь. Пит потащил пленника в кусты, спотыкаясь и едва не падая. В руках зажег масляный фонарь, чтобы не потеряться по дороге (костерок светил уже слабенько). Мейнхард поцеловался несколько раз с ветками противных корявых деревец, а затем застыл на небольшой заросшей полянке.
-Ну ты давай! Того-этого делай, ток быстро.
Парнишка зевнул, недовольными внезапными желаниями похищенного. Отсюда едва было видно, что творится в лагере. Отсюда вообще ни черта не было видно. Жуткие противные шорохи и шебуршения в гнилой земле призывали естественные нужды самым магическим образом (пусть Мейнхард и думал, что все магики посдыхали давно).

0

41

Ох, ребенок, что ты здесь вообще забыл? И как ты ухитряешься быть таким бесшумным в этих ваших засадах и всяких там разведках?
Пока шли, пусть и недолго, Минька чуть ли не с наслаждением разминал ноющие кисти. Все познается в сравнении, говорите? Ну да, относительная свобода, вернувшаяся к телу, была едва ли не самым прекрасным чувством на сегодняшний день. Промелькнула шальная мысль, что сейчас можно просто одним ударом вырубить мальчишку и сбежать, но тут же проснулся здравый смысл, напомнил слова Пики относительно здешних болот и опрометчивого самоубийства, и мысль была такова. К тому же... Изверг он что ли, детей бить? К тому же, лично Пит ему, кажется, ничего плохого не сделал. Он даже, наверное, почти не виноват в том, что примкнул к бандитской шайке, что-то подсказывало Фортрейну, что без этого парнишка был бы давно мертв.
Сделав свои дела, граф послушно вернулся на место, дал себя снова связать и подождал некоторое время, чтобы Пит снова успел заснуть.
Что будет, когда я разрежу веревки? Бежать то, по сути, сейчас отважится только самоубийца.
Безопаснее было вообще подождать  - час до рассвета был самым оптимальным временем для таких маневров, потому что почти все в это время спят, вот только тот загадочный тип... Но должен же и он когда-нибудь спать. Как-то Минька уже и не верил в свой успех и в то, что сможет полноценно помочь "зеленому".
Мы могли бы перерезать их во сне...
От этой мысли "правильного" Миньку передернуло и он открыл глаза, вываливаясь из тяжелой дремы в реальный мир.
-Что вы вообще планировали? - спросил он у Рондивейна, убедившись, что особо никто не подслушивает.

0

42

Мы могли бы перерезать их во сне...
Как бы молодой дворянин не чурался и не ужасался этой мысли, а все ж ее прихотливость колола еще долго. Или это был кусок лезвия в руке, все еще не отошедшей от неприятного покалывания. Замерший статуей жуткий бандюган очень неплохо отбивал самые авантюрные идеи, в том числе и ночной вырез шайки. Что-то еще подсказывало Мейнхарду: пытались и не раз провернуть подобное. Только где они теперь-то? Ночная сорока гулко захохотала, насмехаясь над тщетными мыслями паренька. Пит без зазрения совести вновь задремал прямо на плече Мейнхарда. Но вот беда, затянул руки так туго, что Фортрейн их едва ощущал. А еще они замерзли в мареве ночного воздуха.
-Что вы вообще планировали?
Графу собственный голос показался такими громким, таким неуклюжим, способным разбудить его несостоявшихся родственников в Боклере. Они небось сладенько посапывают, и в ус не дуют. И вообще никуда не дуют. Только может его миленькая женушка мечтает, чтобы в нее подули...
-Тише ты! - Рондивейн шелестел, как сухой лист на земле. -Пардон, Ваша светлость. Лучше молчите и выполняйте задуманное! Для начала - освободите нас! По жуткому холоду в дырявом боку ощущаю вашу близкую победу!

0

43

В отличие от "зеленого", Минька совсем не верил в близкую победу, она казалось ему чем-то невнятным и бессмысленным.
Что я делаю? Зачем я это делаю?
Крепко сжав зубы и почти не дыша, Фортрейн осторожно повернул запястье, тут же скривившись от впившейся в кожу раскаленными иглами боли. Руки были как чужие, словно сумасшедший анатом-экспериментатор их сначала ему отрезал, а потом пришил обратно, чтобы чуть позже порадовать ученый мир своими новыми исследованиями, ну или просто помолчать, закапывая на заднем дворе своего дома несчастную жертву эксперимента.
Лезвие ткнулось в ближайшую веревку и осторожно и медленно принялось ее пилить.
Вот, бывало, онемеет рука во сне, и висит потом как чужая, вроде двигается даже, а ощущения странные, да еще при этом так больно, хоть на стену лезь, и ведь это, как правило, бывает с одной рукой, и она при этом даже не связана, а тут две и скрученные в такой крендель, да еще и веревками перетянуты... Незабываемые ощущения.
Ну что, уже хочется домой к папеньке, в тот самый день, когда произошла ссора? Предотвратить ее хочется? Вы посмотрите на него... Эй, у тебя сейчас железяка выпадет!

Минька покрепче стиснул в закоченевших пальцах лезвие и прикусил нижнюю губу. Отчего-то закралась странная мысль, что "зеленый" на самом деле предатель - вот разрежет граф веревки, а тот его стукнет по затылку и пойдет Пике жаловаться, мол так и так, пленник то ваш освободиться удумал, веревки хорошие покромсал, те самые, за тыщу оренов, что за ужасный человек. Нет, правда, кто бы стал носить в дублете зашитое лезвие? Или его слишком часто в плен брали?
Бред какой-то...
Парень ненадолго остановился, чтобы руки хоть немного отдохнули от этой возни с лезвием и веревками. Рондивейн, наверное, мог бы уже проверить, насколько все удачно шло, пару раз дернув руками - если станет свободнее, значит все хорошо.
Но вот дальше то что? Ну, предположим, освободились оба от веревок... Тот загадочный тип прибежит или уж издалека стрелять попробует? Остальные проснутся от возни и набегут устанавливать справедливость, а потом Пика лично проткнет меня шпагой?
Граф вновь с усилием развернул запястье, чтобы лезвие впилось в другую веревку, вновь принимаясь за дело. Ощущение уже было близко к тому, что через пару движений руки просто отвалятся.
Главное "зеленого" освободить, а дальше уж как хочет. Может и бросит меня тут...

0

44

Холод быстренько ретировался в тылы, его место с громкими криками победы занял прошибающий насквозь жар. Ощущение собственной значимости в маленьком мире придавало сил. И сразу ссора с отцом казалась пустяком. И может быть ну его? Мадам красивая, денежки в карманах всегда соблазнительно трезвонить будут. Аколь женат - не значит, что по другим мазелям ходить нельзя. Тем более брак-то по расчету. Жизнь-то вон какая оказывается! Если бы Мейнхард мог, он бы сейчас щелкнул пальцами, в яркое завершение фразы. Так и получилось, только он сразу не понял. Руки стали отходить, но не в мир иной, а обратно, к жизни и приказам этого безумного тела.
-Поздравляю. - зеленый почти зловеще шептал возле самого уха. Он медленно шевельнулся. Веревки безжизненно осели на землю. Пит хрюкнул и засопел.
-Теперь вырубите щенка и освобождайте меня. Только тихо. Вы тоже заметили того постового? Который не спит и не шевелится? У меня есть несколько предположений. Но пока проверять опасно!
Мужчина еще раз шевельнулся.
-Скиньте мальчонку с плеча и рубите. Чем быстрее и чище сделаете - тем...живее мы будем.
От таких рассуждений зеленый обращался в какого-то злобного убийцу, не лучше окружавших пленителей. Но голос его не излучал ни злобы, ни безудержного желания мести. Просто сухой расчет. И от того становилось лишь страшнее.

Отредактировано Илька (2014-03-28 09:38:12)

0

45

Минька похолодел и поглядел на спящего парнишку. Мерзкий холодок скользнул по спине, прежде чем ощущения от него перебила боль отходящий от онемения рук.
Я не смогу...
Внутренний голос хмыкнул.
И ведь он просит даже не убить, просто оглушить. Хм. "Просто"... Нет, не смогу.
До этого Фортрейну казалось, что он пилит те веревки, что связывали Рондивейна, но все оказалось совсем не так. Жаль.
Тебя учили, как это делается, прекрати выделываться.
Не хотелось брать на себя ответственность, хотелось, чтобы она чудесным образом перекочевала на плечи "зеленого".
Это ведь всего лишь ребенок.
Внутренний голос вновь хмыкнул, и Минька отчетливо услышал звук щелбана, прозвучавшего в его голове.
Это бандит.
Опять эти двое ссорятся...
Ребенок-бандит что ли? Иди ты к черту, так не бывает.
Минька сильнее прикусил нижнюю губу, мучаясь в раздумьях.
Наивное создание...

Господи, что я делаю? Прости меня...
Точным ударом Пит был отправлен в более продолжительный сон, и более крепкий. Правда, после него будет сильно болеть голова... Да еще и от Пики ему попадет, хуже - если от рыжего.
Теперь парень уже с большим проворством разрезал веревки, стянувшие "зеленого", и вручил ему лезвие.
Ну давай же, не заставляй меня идти с тобой в эти чертовы болота в этой проклятой темноте, выруби меня так же, как я вырубил ни в чем неповинного мальчишку.
Его трясло то ли от холода, то ли от только что совершенного поступка, а может и от всего вместе. Все было как во сне и будто бы не с ним.
Я останусь здесь.
-Я... - Минька запнулся и не стал продолжать, снова прикусив губу. Прокусит он так ее скоро.

Отредактировано Меинхард Фортрейн (2014-03-28 10:47:27)

0

46

Увидев разочек, одним глазком, границу своей жизни, с большим почтовым столбом, где указано "Все. Пришел", по неволе заболтаешь не только сам с собой, а еще сам не с собой, но тоже внутри себя. Минька например, будь повнимательнее, еще бы услышал с десяток разных голосов. Прошлого себя в разное время, насупленной совести, дрожащего страха, расчетливого желания. Но они пока попискивали в уголках, не привыкшие спорить с хозяином. Он давно все решил. Рондивейн мягко поднялся, сначала на корточки, не оборачиваясь. Так и сидели. В темноте. Никто пока не бежал их наказывать. Так же не оборачиваясь, зеленый аккуратно принял маленький спасательный ножичек. Пит ойкнул как маленький щенок и...захрапел еще сильнее. Настоящий оптимист.
-Я...
-Тихо. - грубо перебил человек. Они были в чем-то похожи. Не только в глупой и опасной ситуации, сведшей вместе. Рон (как про себя попросту окрестил его один из голос Мейнхарда) облизывала губы так же часто, как Минька их кусал.
-Слушай граф внимательно. Слушай и запоминай. Все фамильярности потом учтем, когда живыми выберемся. Иначе болота поглотят нас. Или дикие звери. Или пропасть. Тут на выбор много чего. Целый салон смерти.
Зеленый повернулся немного ближе к Мейнхарду.
-Дама со шпагой - их козырь. Туз. Вырвем туза - выйдем на свободу. Чуешь, куда ветер дует?
А ветер и правда дул. Мощный, с моросью. Набегали тучи. Приближалась буря.
-Пленим девицу. Это я чтобы наверняка ваша светлость меня поняла.

0

47

-Я понял, - ответил Минька, чтобы "зеленый" не подумал даже о том, что разнесчастный граф в считанные часы отупел от холода и страха, перестав понимать ясную человеческую речь.
-Она была пьяна и сейчас, наверное, спит, - поведал он Рондивейну.
Вот только где спит? Руины огромны, а на первых этажах наверняка сохранились помещения в приличном состоянии, одно из которых главная бандитка с легкостью могла бы обустроить под свою спальню, наверняка же ей хотелось хоть какой-то роскоши.
-Еще я заметил, что один или даже двое разбойников тоже хотят побывать на месте лидера. Это может осложнить дело, если это все действительно так.
Фортрейн покосился на Пита, который, как ему показалось, был единственным, кто был предан Пике целиком и полностью, ну может еще тот, который в шрамах весь, и по виду далеко не северянин.
-Так что сейчас? - уточнил Меинхард, признавая, что планирование дальнейших действий лучше выходит у "зеленого".
Вдруг захотелось наподдать где-то там спящему рыжему как следует, и за пинки, и за угрозы, видимо, ощущение телесной свободы пьянило, но не настолько, чтобы парень тут же потерял от этого голову. Злость вспыхнула и практически тут же погасла, оставляя после себя горькое послевкусие.
А ведь когда-то он считал, что воевать с женщинами и детьми глупо и недостойно мужчины. Но теперь кое-что поменялось - женщина и ребенок выступили против него первыми и в численном превосходстве. Нужно было отбросить некоторые свои принципы и попытаться спастись, потому что отчего-то вдруг сильно захотелось жить.

0

48

Спасенный пленник внимательно следил, как Фортрейн подбирает слова, борется с сомнениями и пытается отыскать решительность на задворках души. И без того замерзшего Мейнхарда облило холодком догадок: а что если он видит его насквозь? Углядел в его "Я..." глупость, страх?
-Она была пьяна и сейчас, наверное, спит
-Тогда ты очень плохо ее узнал, граф. - зеленый покачал головой. - Если бы все так просто было, тот лысый давненько пришил бы девчонку. Не думаю, что к ней так просто подобраться. Если подумать, нам и нельзя думать. Нет времени думать. Как думаешь?
Он издевался? Или шутил, и тем самым пытался поддержать? Было неуютно и неловко. Мужчина не подавал признаков характера, который легко читался.
-Еще я заметил, что один или даже двое разбойников тоже хотят побывать на месте лидера. Это может осложнить дело, если это все действительно так...Так что сейчас?
-Это ты верно заметил! Поэтому мы разделимся. Я уберу того самого лысого сеньора, о котором не так давно - о, это было сейчас - говорил.
Зеленый очень медленно приподнялся, не сводя взгляда с замершей статуи постового. Тот даже не шелохнулся. Никакой реакции. Да что он в самом деле? Мейнхард вполне себе мог бы стать параноиком. В его голове уже роились мысли о хитром плане, задуманном Пикой.
-Ммм...ммм...Ваше вашество, сумеете убрать охранника? Или руки марать не хочется? Я собираюсь немедля приступить к своей части плана.

0

49

Минька и вправду начал думать, что "зеленый" на самом то деле подставной тип... Правда, тут же в дело вступали сомнения - зачем тогда его ранили? И ранили ли вообще?
Тут парень не был особо уверен, единственное, что он видел и слышал, так это была фраза Пики о перевязке и очень тяжелое и крайне опасное состояние Рона в момент пути до лагеря разбойников, а сейчас посмотрите на него, свеж и бодр, если сравнивать с раненым. Фортрейн после подобного ранения неделю валялся, даже больше, а тут... Чудеса, да и только. А если он сейчас и пойдет на убийство, не морщась от боли и не хромая, то и подавно чудеса.
А то, насколько хорошо "зеленый" знал Пику, можно было списать на то, что он охотился за разбойницей уже давненько и наверняка собирал о ней все возможные сведения, какие только можно было найти.

Граф вновь поежился. Мысль о подлом убийстве исподтишка никак не могла устроиться в его мозгу. Что уж скрывать, было страшно  и... противно. Он сам себе уже был противен - разругался с отцом, так глупо попался разбойникам, не довез важные бумаги, не явился на встречу, ударил мальчишку, сейчас и вовсе собирается убить человека... Нет, такая жизнь точно не для него. Вот выберется, что-нибудь изменит... Минька опрометчиво себе это пообещал, чтобы хоть как-то обрести уверенность в себе, о последствиях этого обещания он как-то не удосужился подумать.
-Я... сделаю.
Сказано последнее слово было серьезно и твердо, потому как после того, что он натворил, его уже никто не освободит даже за выкуп, так что, нужно было выбираться самому, а с трясущимися от страха руками сделать это будет очень сложно.
Парень нашарил на поясе Пита ножик и взвесил оружие в руке, конечно, свой кинжал был удобнее, но пойди его сейчас найди. Выдохнув, Минька тоже осторожно поднялся. В голове пульсировала мысль о ловушке. Страшно... Черт побери, хватит!
Уверенно сжав рукоять ножа, граф стал осторожно подкрадываться к охраннику, по-кошачьи бесшумно ступая шаг за шагом. Время тянется так долго...
Кто-то из бандитов пошевелился во сне и лишь захрапел еще громче. Фортрейн замер на месте, боясь шелохнуться, но через пару мгновений вновь продолжил свой путь, наконец, подобравшись к цели со спины. Может это все-таки чучело?
Резко выбросив левую руку вперед, парень зажал охраннику рот, если тот у него был, а правой резанул по горлу, если то тоже у него было...

Отредактировано Меинхард Фортрейн (2014-04-08 06:32:04)

0

50

Голова болела. Слишком много событий сразу. Камень оказался такой большой и прямо об голову...точнее голова об него. А это вовсе и не камень. Земля. Тверда, как назло, в этом-то болотистом хлябном месте. Слишком много всего и сразу! Граф сразу и не успел понять, что сначала было: душераздирающий вой или то, как быстро его руку скрутил часовой и грубо опрокинул через бедро нападавшего, словно сбросил мешок с навозом. Еще он не понял, был ли этой его вой от боли. Но осознание быстренько догнало летящего с глупым лицом паренька. Это выли дикие звери. Второй жуткий вой указал на особу степень дикости.
-Вставай. - спокойно подал руку часовой. Первенство удивляющих факторов перехватило худое, бледное и нечеловеческое лицо. А еще острые уши. Мужчина снял капюшон. - Ну же! Нет времени. И тот болван зеленый, тоже пусть поспешит, если Пика его еще не насадила. На пику.
Не дожидаясь ответа, эльф притянул Миньку к себе, опять же так легонько, будто тряпочную куклу. И тут же ощерился длинным охотничьим луком, хотя на ремне трепыхался внушительного вида пистоль. Да что за ночь!
-Тревога! - запели вокруг грубые голоса. Мигом протрезвевшие бандиты засуетились вокруг, зажигая костры. Мейнхарда удивило, как ловко Рондивейн умудрился среди них бегать и помогать, не вызывая подозрений. А, нет. На лице мужчины красовался свежий порез и впечатления от встречи с проснувшейся главаркой банды. Они ясно говорили: "Хорошо, я пытался тебя зарезать, но не успел, а теперь нам некогда драться друг с другом, ибо живой я вам сейчас пригожусь". И она поверила! Иначе чего это он скачет вовсе не мертвый? А впрочем тогда бы графу пришлось еще раз удивиться.
-Тревога! Твари! Жги костры!
-Тащи сушняка! Они уже окружили нас!

Ночь завоняла неестественным ледяным вкусом смерти. Среди камней и колючего кустарника метались тени. Такие быстрые и едва уловимые! Один раз тень застыла на месте немного дальше. И это был финал удивлений Миньки на сегодня. О которых он помнил. Вокруг бегали не звери, а нечто... что не должно существовать с двумя черными без белков глазами, длинными руками и такими же когтистыми пальцами и поблескивающей кривыми рядами клыков пастью в пол-морды. 
-Щен! - Пика, взъерошенная и опухшая выглядела бы мило и смешно, если бы не обстоятельства. Если бы не они же, Минька мог бы оценить, какие красивые ресницы у нее, подчеркнутые всполохами огня. И вот тут стоило бы навалить в штаны: глаза девушки дрожали от страха.
-Держи. - в руки Миньки легла его шпага. -И молись.

Отредактировано Илька (2014-07-19 10:12:21)

0

51

Ох, еще чего не хватало...
Минька не мог сказать точно, когда умер последний ведьмак, но он знал, что последняя тварь не умрет никогда. Нежить заведется на кладбище или в фамильном склепе, болота породят страшных лупоглазых тварей с когтищами и зубищами, или же какой-то умник в своей жалкой попытке возродить магию приведет в этот мир очередного монстра, за что поплатится первым.
-Щен!
Парень недовольно фыркнул и обернулся, умудрившись найти среди этой смертельно опасной суеты место обиде на нелестное прозвище.
-Держи. И молись.
Граф взвесил шпагу в руке. Тут бы что-то потяжелее, вроде тех мечей, что хранятся в отцовском поместье в память о предках, и рубить, рубить! Продержаться до рассвета и, возможно, они уйдут, ведь молитвы редко помогают в таких случаях, а вот огонь... Или лук, и стрелы поджигать, чтобы пламя сожрало шкуры тварей, чтобы они с собачьим визгом катались по земле, тщетно пытаясь избавиться от него. Да, Минька бы не отказался от лука, ведь стрелял он метко, пусть и уступал в этом эльфу. Жаль, что только этот самый эльф таким оружием и располагал.

Минька осторожно тронул Пику за плечо и чуть улыбнулся. Ее хотелось защитить, унести отсюда на руках, а ведь она девчонка, что ограбила его со своей бандой и с легкостью могла бы порешить... Но воспитание требовало от Фортрейна защиты девчонок, особенно тех, которым было очень страшно.
-Все будет хорошо, - опрометчиво пообещал граф, прежде чем метнуться к сооружавшемуся костру, - Держись огня.
Вооружившись импровизированным факелом, парень осмотрелся. Наверное, человеческий силуэт на фоне огня так аппетитно, но недосягаемо выглядит. Минька еще не знал, насколько эти твари боятся огня, и стоит ли так сильно на него полагаться...

0

52

Пика быстро взяла себя в руки. По привычке. Не хотелось, чтобы кто-то другой брал ее в руки. Грубо пихнув Мейнхарда, девушка кинулась раздавать указания. Надо признать, даже сквозящий страх и тревога не могли перебить нахальный властный и немного хриплый голос.
-Чима, проверь лошадей! Потом разгоняй пламя и тащи свой тесак! И себя самого тащи! Живо!
Мономотанца почти не было видно на фоне жуткой ночи и от того еще страшнее становилось, когда вдруг сами по себе сапог и жилетка переместились по приказу Пики.
-Лорески, арбалеты! Кшиштоф... Ты и Бертиче с флангов держитесь! За огонь никому не трогаться!
-Есть, мэм! - в этот раз, голос был преисполнен покорности и ужаса. Никто не ехидничал, так как понимал: от выполнения приказов девчонки, которая протащила каждого из этих мужиков через смерть на волю, зависел процент неповрежденного тела.
-Так, Долтрей, ты... Mergh! Чтоб ты в аду горел - тебя же завалили...Пит! Пит!!! Зассанец!
Кроме раздражения Мейнхард ощутил, как волнение за паренька пробивается сквозь маску хладнокровия.
-Шальмонт, смажешь оружие эмульсой! Ну же, поживее! Лут...
-Уже! - эльф зажег стрелу и пустил молнией за кусты. Визгливый крик и запах горелой гниющей плоти заставил подскочить на месте. А выше всех прыгнул Барток, но лишь затем, чтобы ударить кривым маленьким топориком по роже первой расхрабрившейся твари. Миньку начал пробирать холод. При свете твари выглядели еще хуже. Как будто взяли человека, растянули во все стороны, наградили одновременно ганареей и сифилисом, заставив убивать себе подобных. Мысль о чародеях снова заклевала мозг. Барток несколько раз смачно саданул в череп, разбрызгивая черную густую кровь.
-Что, Щен? Теперь ты любишь нас, да?
Рондивейн куда-то пропал, а сапоги Мейнхарда настойчиво тянуло вбок. Он только сейчас понял, что до него домогается обезглавленный труп...нечто.

0

53

Миньке казалось, что это сон. Страшный сон. Но если во сне тебя вдруг сожрут непонятные твари, то в самое последнее мгновение сон вытолкнет тебя целого и невредимого обратно в теплую постель, а сейчас...
-Что, Щен? Теперь ты любишь нас, да?
"Да если бы не вы, ничего этого не было бы", - зло подумал Фортрейн, а кто-то уже ухватил его за ногу, приглашая на званый ужин в качестве одного из блюд, видимо. Холодок пробежал по спине, заставляя содрогнуться. Парень попытался вырваться, но пальцы мертвяка лишь сильнее сомкнулись на его лодыжке. Главное, не дойти до того, что его уронят на землю. Иначе быстро сожрут, а этот мерзкий рыжий тип вряд ли будет помогать, еще и рад будет, наверное.
Он ткнул факелом прямо в гнилую рану на шее чудовища, на которой когда-то предполагалось наличие головы. От запаха замутило.
А ведь сталь их, видимо, не берет да? Иначе ползало бы оно без головы сейчас?.. Пожалуйста, пусть они уйдут...
Минька уже успел проклясть всех разбойников по отдельности за то, что они умудрились устроить свое логово в рассаднике нежити. Раз уж так шустро дают отпор, значит это не в первый раз, но тогда почему они не сменили свое пристанище? Или это уже переросло в местную забаву?
Он вдруг подумал о Пите, который сейчас лежит где-то там в темноте оглушенный. Отпихнув от себя мертвяка, Минька обернулся, вглядываясь.
Надеюсь, туда чудовища еще не успели забраться...

0

54

Уши Мейнхарда защипало от душераздирающего вопля. Графа долго душераздирало, когда он вдруг понял, что верещит та самая приженная огнем дыра. Кривляющееся в агонии уродливое тело нелепо зарылось в грязь и еще некоторое время там постанывало, пока сам воздух не раздавил тварь в вонючие черные куски. На месте убийственного воздуха сверкнул белыми зубами Лиль Чима.
Надо сказать, противный лысый Барток без страха и упрека, и прочих пороков сек направо-налево диких уродов. Твари умнели с каждым подохшим их представителем: побегав для пущей суматохи вокруг, они скрылись по ту сторону огня. Короткая передышка стала спасением, но так ли это было на самом деле? Если бы рубка продолжилась, разбойники живенько угрохали бы всех остальных мракобесов. А теперь те думали план, и от того становилось только страшнее, руки дрожали, оружие норовило сбежать, обгоняя неудержимую жидкость из мочевого пузыря. Почерневшая от крови Пика обошла своих людей. Кажется, не хватало двоих.
-Так, всем держаться вместе. - голос девицы немного подрагивал от усталости. Слабый запах алкоголя все еще долетал из ее уст. - Бертиче...
-Он там. - Чима произнес это таким могильным голосом, что Фортрейн сразу понял: дело нечисто. Тут вообще все грязное было. Особенно помыслы попискивающих черноглазых тварей. Еще омерзительней слышались их урчащие, как у бешеных котов - голоса. Они переговаривались. Пита не было видно. Фортрейн мог бы поклясться, что именно в том месте остался лежать оглушенный паренек. Рыжеволосый бандит скорчился возле кустов, в дальнем углу, у входа в руины-убежище. Пика помрачнела. Барток тяжело дышал. Шальмонт понимающе завел кремниевый язычок на пистоли. Рыжий в страхе задрожал.
-Так, вы чего, а?! Я все...Отлично все! Я же сильный, Пика!!! Не надо, я переживу! Пиявок посадим - кровь заберут грязную! Ну вы что?! - он почти ныл. Пика хладнокровно подошла к собрату. Тот снова дернулся, но уже не по-человечески. Уголки глаз начали чернеть. Рана на груди расползалась ветвистыми узорами гнили.
-С миром, брат. - тонкое острие молнией ударило в грудь. За миг до того, как уже Не-Бертиче прыгнул с рыком на Пику. Труп осел в умиротворенной позе. Из ниоткуда вырос Рондивейн и добавил удар в кучу костей и мяса рыжего.
-Так надежнее. Серебро. - загадочный блеск в глазах осветился бликами костров. Шпага тоже. - Пацана вашего утащили. И не думаю, что сожрали.
-А ты откуда знаешь, гавнюк? - спокойно спросила Пика, пытаясь бороться с неуютным паническим страхом.
-Они хотят больше еды. - со знанием дела начал мужчина, вытирая шпагу о камзол. Он теперь не так уж и зеленел. Теперь Рона можно было называть Черным. Без обид, Чима.
-Они знают людей. И думают, что вы пойдете за пацаном. Тогда вас всех захапают.
-Вот это вряд ли. - усмехнулся Кшиштоф. Он подкинул в костры сушняка. - Жаль малого, но что теперь поделаешь! Скоро рассвет - мы спасены. Повезло.
Пика нахмурилась. И ничего не сказала. Просто уставилась на огонь.

Отредактировано Илька (2014-08-04 19:40:58)

0

55

Ну здорово, из-за меня еще и ребенок пострадал... Зачем я послушался Зеленого?
-Скоро рассвет - мы спасены. Повезло.
А вот кому-то не повезло, и уже вряд ли когда-то повезет снова. Если только в следующей жизни, как вещают некоторые служители Вечного Огня, хотя Минька им особо то и не верил.
С другой стороны, сожрали бы нас... Или укусили, а потом бандюганы с сожалением бы нас пристрелили, мысленно попрощавшись со златыми горами. Твою мать, ну что за день...
Фортрейн подошел к Пике, встав рядом, чтобы не дай бог не подумала, что он каверзу какую замыслил, подходя со спины. То, что он смеет тут бродить несвязанный, это конечно же наглость... Да еще и со шпагой - двойная наглость! Но парень надеялся на диалог.
-Как часто такое бывает? - тихо спросил Минька, поглядывая на Пику.
Он чувствовал, что разбойнице очень дорог тот парнишка, и если выяснится, из-за кого он теперь в лапах болотных тварей, мало не покажется. Самое безобидное было добровольным самоубийством - пойти прямиком в их логово и пропасть там навсегда.
-Вы не искали места безопаснее?
Такая встряска, конечно, хороша, но если такое повторяется с завидным постоянством, почему они до сих пор здесь?
Граф смотрел, как на лице Пики играют отблески пламени, то и дело ловя себя на ощущении, что знает ее уже с тысячу лет. Это что же, она тысячу лет его захватывает в заложники, бьет и оскорбляет?.. Безрадостно как-то. Но было в ней неуловимое что-то, что невозможно забыть и за тысячу лет.

0

56

На лице командирши, помимо тревоги и напряженной лихорадки оценки событий, еще пыталась выстроиться каменная стеная хладнокровия. Контроля над ситуацией. Каждый раз так тяжело пересилить себя и быть тверже любого из мужчин в ее команде. Изрядно поредевшей команде. Пламя то скрывало, то вновь освещало лицо Пики, и каждый раз оно немного меняло выражение.
"Огонь, много огня...нужно спасти пацана. Эти не сунутся. Уже нет. Что же делать? Только если..."
-Как часто такое бывает?
Голубые глаза раздраженно зыркнули на графа. Только если этого и Зеленого сунуть в дебри. Выкуп жаль терять. Остальные взбунтоваться могут. Заткнись только, и дай немного подумать! Бандиты непривычно терпеливо ожидали решения Пики. Или просто прислушивались к шорохам за кустами. Надо сказать, тишина наступила слишком страшная и неестественная. Не хрустело ни веточки, не слышно было насекомых. Завывания и стоны тоже прекратились.
-Вы не искали места безопаснее?
-А ты не искал себе советника, который бы вовремя херачил тебя по длинному языку, а? - не сдержалась и зашипела разбойница. Шпага дернулась серебристой змеей в сторону Фортрейна. Грязный как черт Рондивейн возник рядом, снова быстро и неожиданно. Пика недовольно закусила губу: этот если захочет, прямо сейчас мог бы всех порешить. И свалить отсюда. Он не просто так здесь. Это хитрожопый ублюдок захотел быть пойманным. Не время для задетого эго, но Пику задело. Она проиграла бы ему бой. Кто он? Губы разошлись в облегчении: это можно использовать.
-Ты... - шпага указала на графа. -... И ты. Пойдете со мной. Туда. Берите огонь. - Пика крикнула что-то своим. По тому, как они разошлись в стороны можно было понять, что они не против. Пусть девкой полакомятся, если она так хочет.
-А если они сдохнут? Как мы деньги получим? - зарычал лысый. Он не сказал "а если вас всех прикончат?" Девку они бы и сами скормили давно. Только Лиль Чима хрустнул кулаками, и об этом все дружно забыли.
-Получим. Не сдохнем. Потому что он с нами будет. - Зеленый даже не стал выдавать удивления. Они переглянулись друг с другом. И все поняли.
-Ладно, но если вас ранят, мне придется действовать. - спокойно заявил мужчина. Фортрейн мог бы выбрать сейчас этот момент за лучший, чтобы ощутить себя идиотом, который ничего не соображает.

0

57

-А ты не искал себе советника, который бы вовремя херачил тебя по длинному языку, а?
Уже, как я вижу, нашел. Сам объявился и жалование требует, шпагой потрясая.
Граф фыркнул и бросил тлеющую палку в огонь. Кровь твари сделала ее совершенно непригодной для дальнейшей службы факелом.
Вот не скажу тебе больше ни слова, если даже добренькой прикинешься.
Минька исподлобья глянул на Зеленого.
Магик небось. Явился к нам из сказочки невинных спасать. Ладно, пусть спасает. Жалко что ли.
Фортрейн вдруг понял, что все-таки не прочь сдохнуть. Что ему терять, когда и так все наперекосяк? Но где-то он слышал, что когда человеку кажется, что всё идёт наперекосяк, в его жизнь пытается войти нечто чудесное. Значит точно этот Зеленый - магик. Сумел где-то выучиться, и вот, начнет скоро чудеса воротить, не иначе.
Новый факел разгорелся ярко. Пусть твари ослепнут... Мальчишку будет проще вытащить.
Не сказав ни слова, парень отправился следом за Пикой. Злость постепенно утихала, но не настолько, чтобы отказаться от обещания себе молчать.

0



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC